— О-обманул, е-его з-за это и в…ва…в-вальнули, — встрял Сутулов, победно поглядывая на остальных.
— Маловероятно, хотя психопаты разные встречаются, — исполняющий обязанности начальника криминальной свернул разговор в нужное ему русло. — Денис, ты как считаешь: Серым может быть Рубайло?
— Рубайло бизнес один знает: отнимать и делить. Он — налётчик, коммерческих задатков за ним сроду не замечалось. Как Зябликова под протокол рассказывает, не похоже, что ненаглядный Рома её с Рубайло по этой теме общался. Тут какое-то шапочное знакомство, случайное…
— Какая у вас информация о наличии у Рубайло оружия? — Птицын взял со стола пульт управления телевизором и, очевидно машинально, прибавил звук.
— Две гранаты Ф-1. Приобретены еще до посадки. Хранятся в тайнике в лесу. Расположение тайника неизвестно, — Давыдов ответил развёрнуто.
— Огнестрельное оружие?
— Они с Пандусом после освобождения искали по городу ствол. Любым интересовались, лишь бы надежным, даже самоделкой. Искали активно, не исключено, что прикупили. Мы работаем в этом направлении, Вадим Львович.
— Ясно. Всем службам развивать тему с фискарсом. Это вещь специфичная, если человек реально искал технику, он не к одному Зябликову адресовался… Если, конечно, это не предлог был, м-да… Поставьте задачи негласному аппарату. Сан Саныч, на розыске — беседа с Пашей Комендантовым, он должен знать, кто собирался или собирается ему конкуренцию по переработке ворованного леса устроить. Сан Саныч, ты меня слышишь ли, дорогой?
— Слышу, товарищ подполковник, — Борзов, до этого вывернув шею читавший лежавшее на столе у Птицына «Уездное обозрение», встрепенулся.
— Кто у тебя Комендантовым займется?
— Да я сам его выдерну. Он у меня во где! — начальник розыска сжал мосластый кулак. — Я его,
— Ты в своем репертуаре. Почему снова сам? Ты — руководитель, твоё дело — думать, организовывать, контролировать и спрашивать с подчиненных. Повторяю вопрос: кто у тебя займется Комендантовым?
— Если мне запрещаете, Вадим Львович, тогда — группа по тяжким. Титов с Маштаковым.
Птицын поморщился:
— У них своя линия сыпется. Сколько у тебя по году раскрываемость по грабежам?
— Тридцать семь целых, девять десятых процента. — Начальник ОУР цифирью владел.
— То-то и оно. А сколько по январю планируешь сделать?
— Тридцать восемь.
— А чего не сорок, Сан Саныч? Сегодня только шестое число, ещё можно три недели по ушам ездить, авансы раздавать направо и налево. Останешься, отдельно поговорим за январскую перспективу. Группу по тяжким не трогай. Пусть зональники с «севера» Комендантова покрутят. Под твоим неусыпным контролем, понятное дело. Заодно хоть познакомятся с авторитетом. Всё, оргвопросы закрываем, не за этим собрались. Переходим к главному. Телефон, с которого вечером тридцатого был входящий звонок на мобильник Зябликову, оформлен на Кокошина Вадима Алексеевича. Установлен он по адресу… по адресу… Денис Владимирович, дай-ка справку… Та-ак… Сергея Лазо, три, квартира семнадцать. То есть в непосредственной близости от места обнаружения трупов… Володь, возьми документ, к ОПД своему приобщите…