Как только прокурор вспомнил события и людей, запечатленных на видео, его окатила липкая волна паники.

«Чувствовал ведь тогда, что не стоит принимать приглашения! Уболтал трепло Катаев, полную конфиденциальность гарантировал. “Мой дом — моя крепость, в полном смысле этого слова. Калачев — предприниматель, достаточно серьезный. У него, конечно, в прошлом, имелись некоторые проблемы с законом, но у кого их не было?” — так он говорил. Что ж ты, сука, не предупредил, что этот твой Калачёв пять раз судим?! За убийство, за сбыт наркотиков, ещё черт знает за что! А сейчас подозревается в организации двойного убийства! Бр-р!»

Между тем, камера продолжала фиксировать события, съёмка велась с руки, изображение подрагивало. Свернув с дороги, к воротам коттеджа подъехал Renault Logan 1.4. Створки ворот быстро, будто по команде, отворил громоздкий стриженый парень. Камера приблизила его лицо: светлый ёжик на голове, глаза, глубоко упрятанные под мощные надбровья, приплюснутый боксёрский нос, массивный подбородок с глубокой ямкой.

«Рожнов! Сосед мой! Тоже судимый, тоже приписанный ментами к лидерам ОПГ, в настоящее время привлекающийся к уголовной ответственности за вымогательство! — Новый ушат ледяной воды обрушился на Олега Андреевича. — Вот ведь подставили, суки! Как будто я выбирал себе соседей по подъезду?!»

Оператор сделал крупный план номера въехавшей во двор Renault-100. Катаев и Калачёв радушно обступили автомобиль, хозяин дома выразительно жестикулировал, улыбался, указывал место для парковки. На себя, выходящего из Renault, Трель смотреть не смог, знал, что произойдёт в следующие минуты. Катаев поздоровается с ним как с давним добрым знакомым, представит Калачёва, они с приязнью протянут друг другу руки. Прокурор — преступному авторитету, убийце…

В этот момент раздался певучий сигнал домофона, означавший прибытие на обед Сони. Остановив пленку, Олег Андреевич прошёл в прихожую, где нажал на кнопку переговорного устройства домофона, дав сигнал электрическому замку подъездной двери. Затем загнанно заметался по помещению с пультом от видеомагнитофона в руке. Вслух выпалив: «Стоп!», понудил себя остановиться, пробуя собраться с мыслями. Попытка закончилась неудачей, мысли разбегались в стороны, как потревоженные яркой вспышкой света тараканы-пруссаки и, казалось, также мерзко шуршали.

«Ну встречался я с этими людьми… что дальше? Что дальше?! В городе я недавно, мне их представили законопослушными гражданами… Внешне они так и выглядели… На лбу у них не написано, что они судимые… Я просто встретился с ними один-единственный раз вне службы… Я признаю свою ошибку и не повторю ее впредь… Презенты… презенты этого, как его, Калачева-Клыча… Заколка и запонки… Где они лежат, чёрт?! Их нужно срочно уничтожить… Или надежно спрятать… По его просьбе я ничего не делал… Почти ничего, только два звонка в Мосгорпрокуратуру, ни к чему не обязывающий трёп с бывшим однокурсником… Это были просто звонки, ничего криминального…»