– Да, верно. Я так и понял. Мистер Дезмонд просил вас навещать его почаще?

– Не то чтобы просил, но мне показалось, ему нравится со мной беседовать.

– Вы беседовали с ним наедине?

– В первый раз да. Во второй с нами была миссис Тумлин.

– И вы решили, что лучше прийти в ее отсутствие?

Еще один опасный момент. Это критический вопрос. Сказать ли напрямую, или сделать вид, будто это была случайность?

– Я дважды приходил к Дезмонду, и миссис Тумлин дважды сообщала мне, что он слишком устал и не может принимать гостей. Я решил, что она ведет себя нелепо, и однажды пошел туда, когда она должна была отправиться за покупками.

– Так, значит, вы признаете, что преднамеренно выбрали время, чтобы застать его одного.

Тут Юстас вспыхнул.

– Вы несправедливо интерпретируете мои слова, – резко возразил он. – Речь не о «признании» и не о желании «застать его одного». Я говорю вам следующее: да, я пришел туда, когда миссис Тумлин могло не быть дома, потому что хотел поговорить с Дезмондом; мне казалось абсурдным, что она так с ним нянчится.

– Ясно, мистер Хендэлл, – спокойно сказал Дарнелл. – И я полагаю, что коль скоро вы прикипели к своему племяннику, вы начали дарить ему небольшие подарки, верно?

– Подарки?

– Книги. Сигареты. Может быть, конфеты.

Конфеты! Юстас ощутил, как залился краской. Значит, в полиции тоже об этом подумали – о том, чего он едва не воплотил в жизнь? Он инстинктивно осмотрелся – где же эта коробка «Дюдвиллз»?! Ох, забыл; он же отнес ее Джилл вчерашним утром. Повезло, ничего не скажешь. Но та единственная мятная конфета?.. Он ее выбросил – в корзину для бумаг или в камин. Вчера его зажигали, так что если она и была в корзине, то Гамильтон наверняка бросил ее в огонь. Наверняка? Нет, тут нельзя быть полностью уверенным, а этот проклятый детектив торчал утром в комнате и целых полчаса что-то вынюхивал…

– Я не дарил ему никаких подарков.

– Никаких подарков.

Старший инспектор Дарнелл задумчиво погладил подбородок. Через какое-то время он поднялся на ноги.

– Полагаю, на данный момент у меня все, сэр. Если только вы, конечно, не хотите уточнить что-то из сказанного.

– С чего бы это?

– Вы могли что-то забыть, сэр. Например, вы абсолютно уверены в том, что морфий – это единственное лекарство, которое вы держите при себе?