– Еще один Дэвид Джексон, ему за пятьдесят. А другой из газовой компании недавно вышел на пенсию… – Она переключается на следующую страницу с результатами, затем вздыхает и откидывается на спинку кресла. – Для Злыдня слишком стары.

– А если Дэвид Джексон – отец Злыдня? – предполагаю я. – Машина принадлежит отцу, а ездит сын.

– Не исключено. Но это нам мало что дает. – Мейв задумывается и прикусывает нижнюю губу. – Может, Фиби все-таки поделится с мамой?

По дороге из Роландо-Виллидж все мы пытались уговорить Фиби рассказать миссис Лоутон о Злыдне и оставленной им записке, но она отказалась. «У мамы сейчас полно других забот. А вдруг это какая-то путаница и он искал другую Фиби?»

Я могу ее понять. Сам надеюсь, что такая версия вполне правдоподобна. Хотя если так, следует беспокоиться за «другую Фиби».

На экране ноутбука вспыхивает уведомление «ПингМи». Произошло обновление сайта «Я мститель». О ужас, Мейв так настроила «ПингМи», что приложение синхронизируется со всем. Я подавляю стон, когда форум «Я мститель» открывается в новой вкладке. Как по мне, лучше битый час разыскивать Дэвида Джексона по соцсетям, чем еще раз соваться в эту мерзкую кроличью нору.

Тем временем на экране появляется цепочка постов:

Темный Дух: Фиби, сука, ты так и не пришла! Теперь ты у меня получишь. А КАК ЖЕ НАШЕ ДЕЛО?

Темный Дух:

Фиби, сука, ты так и не пришла!

Теперь ты у меня получишь.

А КАК ЖЕ НАШЕ ДЕЛО?

Я открываю рот от удивления.

– Боже… – Мейв широко распахивает глаза. Фриц негромко тявкает, учуяв напряжение в ее голосе. – Никакое не совпадение. Ты понял, что это значит?

Да, наконец понял. А ведь еще недавно посмеивался над Мейв, когда она отслеживала этот форум, потому что не верил в связь между бреднями спятивших «мстителей» и тем, что происходило в Бэйвью. И вот теперь мне словно пощечину влепили. Как я был неправ!

– Значит, Темный Дух и Злыдень – одно лицо.

– Не только, – решительно заявляет Мейв. Фриц кладет голову ей на колени, и она гладит его висячее ухо, не отрывая взгляда от компьютера. – Я все время полагала, что этот Темный Дух – организатор игры «Правда или Вызов». Помнишь? Он постоянно упоминал и Бэйвью, и некую игру, и даже один раз написал «тик-так», в точности как Невидимка. И если я права, то наш Злыдень еще и Невидимка. Мы потянули за три нити, и они привели нас к одному человеку.

– Вот дерьмо! – Я всматриваюсь в посты Темного Духа, пока строки не начинают расплываться. – Получается, мы только что выследили того, кто сыграл с нами в «Правду или Вызов»?

– Именно. И он совершенно определенно не учится в «Бэйвью-Хай». Так и знала, что Маттиас ни при чем, – добавляет Мейв, словно разговаривая сама с собой. – Похоже то, что он стал публичной персоной благодаря блогу «Саймон говорит», пусть и ненадолго, напугало его.

– О чем, черт возьми, пишет сейчас этот тип? У него с Фиби какое-то дело… Что за дело? Окончательно испортить ей жизнь в школе?

– Я тоже не поняла эту фразу, – задумчиво проговаривает Мейв. – Как считаешь, может Фиби что-то от нас утаивать?

– Например?

Она пожимает плечами:

– Например, на самом деле она знает этого парня, но по какой-то жуткой причине порвала с ним отношения и не хочет открывать его личность. – Мейв корчит гримасу. – Реально жуткой. Парень, похоже, зациклен на мести.

Зациклен на мести. Во мне словно какую-то струну задели. Я подскакиваю со стула.

– Погоди! Допустим, мы правы: Злыдень, Темный Дух и Невидимка – одно лицо. Кстати, давай остановимся на каком-то одном имени, чтобы самим не путаться. Голосую за Злыдня. Точнее всего описывает его поведение. К тому же это я придумал. Итак, имел ли Злыдень зуб на Брэндона? – Я жестом показываю на экран. – На форуме тусуются мстители, верно? А Нейт считает, кто-то поработал с настилом и он провалился. Злыдень заманил Брэндона на стройку, прислав ему соответствующее задание. Не исключено, что безумная теория, которую я на днях отверг, все же оказалась верной, и Злыдень умышленно прикончил Брэндона.

– А причина? Ревность? Потому что Брэндон спал с Фиби? – Мейв так и не убрала руку с головы Фрица. – Игра началась со сплетни о Фиби и Дереке, верно? Может, этот тип не смог вынести, что она встречается с кем-то другим?

– Может, – киваю я. – Но ты не была с Фиби на игровой площадке. Она выглядела совершенно искренней, когда сказала, что не знает его. Я прикинул другие варианты, которые больше… – В этот момент телефон Мейв позвякивает, и я прерываюсь. – Фиби?

Лицо Мейв изнутри наливается сиянием, словно ей впрыснули под кожу розового шампанского.

– Нет, – отвечает она, борясь с улыбкой, и отпускает Фрица, чтобы набрать сообщение обеими руками. – Я быстро… сейчас.

– Передавай Луису привет.

Я оглядываю кухню. Фриц еще пару раз тыкается Мейв в колени, вздыхает и плюхается на пол, поняв, что ничего не обломится.

В поле моего зрения попадает мамина черная сумка для ноутбука, лежащая на обычном месте. Оценщик размера страхового убытка – не та должность, на которой высиживают время с девяти до пяти, и маме, как правило, хоть раз в неделю случается приносить работу на дом.

Мейв наконец откладывает телефон в сторону, и я предлагаю:

– А не взглянуть ли нам на проблему под другим углом?

– Э-э… – Она все еще заторможена. – Какую проблему?

– Ты задалась вопросом, в частности, почему Злыдень мог ненавидеть Брэндона. А может, лучше спросить – что такого мог натворить Брэндон, чтобы заставить любого возненавидеть его настолько сильно? Даже пожелать ему смерти?

Мейв хмурит брови.

– Я не догадалась.

– Мне только что вспомнился разговор между родителями. Я его подслушал, когда мы с тобой были в ссоре, и не придал значения. А говорили они вот о чем: какая злая ирония будет, если мистер Уэбер подаст иск к строительной компании – из-за какого-то судебного процесса, где был замешан Брэндон. Мамина контора занималась этим три года назад. И отец высказался примерно так: «Дело не должны были урегулировать подобным образом. Ведь в итоге вышло, что Брэндону наглядно показали – твори что хочешь, последствий не будет». А стоило мне спросить, о чем речь, как они оба закрыли рты и сказали, что это конфиденциальная информация. Если мы узнаем, что тогда случилось, мы, возможно, поймем, почему кому-то понадобилось городить такую сложную комбинацию ради единственной цели – отомстить Брэндону.

– Значит, ты хочешь расспросить маму?

– Какой смысл? Она все равно ничего не скажет.

– А если ты сообщишь ей об этом? – Мейв кивает на свой ноутбук. – Ведь твой отец уверен, что несчастный случай с Брэндоном вызывает подозрение? Но ему неизвестно, что все это часть игры, что Брэндона умышленно заманили на стройплощадку. Мы единственные, кроме Шона, Джулс и Моники, кто знает об этом, потому что никто не видел запись с телефона Шона.

Я сглатываю.

– Дело в том… В общем, папа считает меня идиотом. – Мейв начинает вяло протестовать. – И не возражай, это действительно так. Допустим, я приду и выложу ему всю правду – об игре, о форуме с исчезающими постами, о том, что за этим предположительно стоит некий субъект, которого мы выследили… Да отец не поверит ни одному моему слову!

– Ладно, – говорит Мейв. Она явно хочет поспорить, однако сдерживается. – Тогда нам остается только ждать. Возможно, твои родители сами свяжут какие-то из этих звеньев в одну логическую цепочку. Они эксперты, в конце концов.

– Я не хочу ждать. Я хочу знать. Три года назад Брэндон натворил нечто очень ужасное – настолько, что документы не подлежат разглашению. – Я хватаю мамину сумку с ноутом и водружаю на стол между собой и Мейв. – Вот мамин рабочий компьютер.

Мейв испуганно хлопает глазами.

– Ты предлагаешь нам его… хакнуть?

– Нет. Я предлагаю хакнуть его тебе. Потому что я понятия не имею как.

Я открываю сумку и придвигаю к Мейв черный ноутбук, на вид очень древний. Она медлит, держа руку на крышке, в глазах немой вопрос.

– Ты настаиваешь?

Я приподнимаю брови.

– А ты сможешь?

Мейв пренебрежительно фыркает.

– Вызов принят! – Она открывает крышку и нажимает кнопку питания. – Если у твоей мамы старая версия «винды», можно попробовать найти способ обойти логин. Хотя… назови-ка год рождения Кирстен! – Я называю, и она бормочет: – Кирстен плюс год рождения… не то. А как насчет Кэти? – Процесс повторяется. Мейв хмурит брови. – Ого, у меня еще шесть попыток, прежде чем система будет заблокирована. Куча вариантов. Келси на год младше Кэти?

– Да… – И тут Мейв с широкой улыбкой разворачивает ноутбук ко мне. На экране рабочий стол со старым фото – вылазка на природу всей семьей. – Ты меня не разыгрываешь? Неужели сработало?

– Любящие родители – самая легкая мишень для киберпреступников, – невозмутимо изрекает Мейв, снова придвигая ноутбук к себе. – Итак, поищем документы, где упоминается Брэндон Уэбер. – Она стучит по клавиатуре, затем откидывается на спинку стула и прищуривается. – Ничего. Попробуем ввести просто Уэбера. – Она нажимает еще несколько клавиш и недовольно морщится. – Уф, их тут немерено. Почта, телефоны и все такое прочее. Везет нам сегодня на распространенные фамилии. – Она говорит сама с собой, одновременно листая найденные страницы. Я тем временем загружаю посудомоечную машину, доливаю нам спрайт и потихоньку прихлебываю из своего стакана, наблюдая за работой Мейв. Спустя несколько минут она заявляет: – Кажется, я разобралась с системой обозначений, которую использует твоя мама. Она присваивает файлам и папкам имена по единому принципу. Значит, вбиваем ключ, фамилию «Уэбер» и запускаем перекрестный поиск… Ага, наша вселенная значительно уменьшилась в размерах! Говоришь, нас интересуют события трехлетней давности?