Его аргументы меня не убедили, однако я сдалась, выдвинув лишь одно условие: оружие должно храниться в постоянно запертом сейфе. Джек согласился, и с тех пор пистолета я не видела. До прошлой ночи. Нам как-то не приходило в голову, что в тот момент, когда в нем возникнет необходимость, мы просто не успеем достать его из сейфа.

Пистолет оттягивал руку – черный кусок металла, который всегда казался мне символом насилия. Я повертела его в руках, стараясь не наставлять ствол на себя.

Я плохо помнила, что делала с ним прошлой ночью. Сейчас все выглядело гораздо реальнее, и я сознательно взяла его в руки.

Когда он у нас появился, Джек научил меня двум вещам: проверять, заряжен ли пистолет и взведен ли у него курок.

Проверив и то и другое, я положила пистолет в сумку. Потом пошарила в сейфе, решая, что еще может понадобиться. Там лежали наши паспорта, и я взяла свой. Фотография в нем была очень старая, и я не стала сравнивать ее со своей теперешней внешностью.

Паспорт я тоже положила в сумку.

На моем счету имелось достаточно денег, чтобы поехать куда угодно. Возможно, существовал лучший способ незаметно покинуть страну, но мне было просто некогда об этом думать.

Закрыв сейф, я подошла к письменному столу, на котором стоял ноутбук Джека. Он был открыт, однако экран не светился. Чуть поколебавшись, я дотронулась до сенсорного выключателя, и экран ожил.

Я увидела наше семейное фото, снятое лет пять назад. На нем Оливии было не больше пяти. Когда именно мы сфотографировались, я уже не помню, но фон казался знакомым.

Опустившись в кресло, я стала смотреть на свою семью – все улыбались и выглядели абсолютно счастливыми. В общем, так оно и было.

До тех пор, пока я не разрушила это счастье.

Пока мое прошлое его не разрушило.

Это была заставка рабочего стола с датой и временем на экране. Я нажала на клавишу пробела, и на экране появился прямоугольничек для пароля.

За все время нашей совместной жизни я никогда не совала нос в дела Джека. Не рылась в его телефоне, компьютере или карманах. Мне такое даже в голову не приходило. Просто не было необходимости. Я была слишком озабочена своим чувством вины, чтобы унижать его подозрениями.

Тайное проникновение в его компьютер всегда казалось мне чем-то недостойным. К счастью, он использовал один и тот же пароль для входа в любой свой аккаунт, почту и все остальное.

Я как-то сказала Джеку, что это не самая лучшая идея, но он только пожал плечами.

Не знаю, почему я вдруг решила влезть в его компьютер. Наверно, от отчаяния. А еще мне захотелось узнать, когда было сделано это фото.

Увидев на рабочем столе папку с названием «Фотографии», я открыла ее. И передо мной предстала вся наша совместная жизнь.

Сотни, нет, тысячи фотографий. Все, что было снято за десять с лишним лет.

Я не подозревала, что Джек хранит их все. У нас было множество разных дисков и флешек с фотографиями, снятыми на телефон и цифровые камеры. Но Джек хранил их в одном месте. Там были снимки, сделанные, когда мы только начали встречаться. Таких было немного. Их стало больше, когда мы поженились, я забеременела и родился Джей.

Переезд в этот дом. Первый день Джея в детском саду. Выходные на побережье. Поездки к родителям Джека. Вечеринки у Стефани. Я прокручивала фото, пока они не слились в одну цветную ленту. Потом появилась Оливия. Ее первые дни и годы. Мы все четверо.

Наконец я добралась до фото, которое Джек сделал заставкой для экрана. Оно оказалось среди снимков, которые я легко узнала. Они были сделаны в 2019 году, когда мы ездили в Мистик на побережье. Там было фото, сделанное на фоне пиццерии, которую прославил один из фильмов восьмидесятых годов. Вспомнив, как Джек пытался рассказать мне, о чем этот фильм, я невольно улыбнулась.

Еще фотографии, но в 2020-м и 2021-м их уже по понятным причинам не так много. Большинство было сделано, когда нам устанавливали бассейн и все рабочие ходили в масках. Джей и Оливия на дистанционном обучении, купаются и резвятся в бассейне.

Последними были снимки, сделанные в середине 2022 года на вечеринке в ресторане Стефани. Там мелькнуло несколько знакомых лиц. Просматривая их, я поняла, что та беззаботность, с которой мы тогда веселились, теперь утеряна безвозвратно.

А потом я увидела еще одно знакомое лицо.

И вскрикнула от ужаса.

Глава 43

Глава 43

Колби вошел в мотель, чтобы забрать вещи, а Пенни осталась около машины, ожидая звонка от «босса».

Колби все это не нравилось. Совершенно. Это не входило в его планы. Поначалу казалось, что работа предстоит совсем простенькая: напугать богатенькую дамочку и заставить ее слушаться их хозяйку. А сейчас вдруг появляется еще одна мадам, и работа сразу становится опасной.

– Идиот, – прошептал он.

Вот так же он влип, когда работал на одного богатого парня в Гринвиче. К счастью, ему удалось выпутаться еще до того, как всю эту шайку перебили или арестовали. А его особняк сожгли дотла.

Сейчас все было несколько иначе. Заказчик не обладал реальной властью. И не имел команды. Эта девчонка способна втянуть их с Пенни в такую авантюру, от которой они могут сильно пострадать.

Убийство копа никак не входило в его планы. Ни на этой неделе, ни в этом месяце, ни в ближайшее столетие, черт бы его побрал.

Он не собирался этого делать.

– Все в порядке? – спросила Пенни, когда Колби, выбежав из мотеля, бросил сумку на заднее сиденье. – Все забрал?

– Да, все нормально, – ответил Колби, доставая помятую пачку сигарет. Вынимая сигарету, он заметил, что руки дрожат.

– Мы можем просто…

Пенни могла и не заканчивать фразу. Колби и так знал, что она хочет сказать. Сейчас самое время смываться. Выкинуть женщину из багажника и через пару часов быть уже в другом штате. Гнать по шоссе, пока это место не станет темным пятнышком в зеркале заднего вида.

Но Колби хорошо знал Пенни, а та знала его еще лучше.

Они всегда работали только ради денег.

Деньги.

Колби не собирался убивать копа. Кто бы сомневался. И надеялся, что Пенни тоже этого не хочет.

Однако если та женщина попросит его прыгнуть со скалы, это будет только вопросом денег. Причем в количестве, достаточном для того, чтобы Пенни могла навсегда распрощаться с их работой.

В общем, он влип.

Они оба влипли.

– Какие планы? – спросил Колби, задержавшись у водительской дверцы и глядя на Пенни поверх машины. – Она сказала, что мы должны делать?

Пенни покачала головой:

– Прежде всего мы должны убраться отсюда. А потом ждать ее звонка.

– Думаешь, она знает, что с этим делать? – поинтересовался Колби, кивнув на багажник, словно там был мусор, а не живой человек. Да к тому же полицейский.

Его вдруг охватил страх.

– Понятия не имею, – ответила Пенни, запуская руки в густые волосы. Вид у нее был измученный, что повергло Колби в панику. – Похоже, она ничего подобного не ожидала.

– Но поначалу у нее все было под контролем.

– Пока она платит, будем делать все, что она пожелает.

Но Колби так не считал.

Ему очень хотелось увезти ее подальше от этого места, чтобы жить как люди и иметь нормальную работу.

Однако у них всегда все отлично получалось. И занятие это было весьма прибыльным. На нормальной работе столько не заработаешь.

– Ладно, а пока давай скорей рвать когти, – произнес Колби, садясь в машину.

Бросив прощальный взгляд на мотель, который в последнюю неделю был их домом, Пенни загрузилась туда же.

Колби стал размышлять, как далеко надо уехать, чтобы избавиться от проблем, которые он же себе и создал.

И пришел к выводу, что бензина на это у него не хватит.

И они покатили, ожидая очередного звонка. Ждать пришлось дольше, чем думали, но в конце концов он все же раздался.

* * *

Проблема была в том, что Алекс попала в ситуацию, которая не имела к ней никакого отношения. И все закончилось тем, что ей заклеили рот и сунули в багажник чьей-то машины.

Алекс подумала об одном местном полицейском, которого похитил преступник. Для бедняги все закончилось не лучшим образом. Имени его она так и не запомнила. Просто эта история активно обсуждалась в их полицейском участке.

Она слышала их голоса, доносившиеся снаружи. Похоже, они не знали, как с ней поступить, что было хорошим признаком. Они, вероятно, поняли, что совершили ошибку, и теперь запаниковали. На их лицах мелькнул испуг, еще когда они увидели ее полицейский значок.

По логике они должны бы ее отпустить, однако вряд ли ей настолько повезет.

Алекс даже не успела вытащить пистолет, когда они схватили ее на улице. Их оказалось двое плюс фактор неожиданности, так что счет был явно не в ее пользу. И тем не менее ее грызла досада.

Она вела себя неосторожно.

Преследовать эту женщину было большой ошибкой. Следовало сначала поговорить с Сарой и выработать план действий.

И вот теперь она расплачивалась за свое легкомыслие.

Единственное, что обнадеживало, – это то, что они не выволокли ее из багажника на первой же остановке.

И не прикончили сразу.

С другой стороны, сейчас день и еще светло. Возможно, они просто ждут ночи, чтобы расправиться с ней.

Значит, у Алекс есть время, чтобы продумать, как быть дальше.

Однако сейчас ей ничего не приходило в голову. Оружия у нее не имелось. Никто не знал, где она находится. Алекс понятия не имела, кто эта парочка. И кроме того, уже долго лежала в положении эмбриона, не в состоянии пошевелить ни рукой, ни ногой. Рот у нее был заклеен, и она дышала с трудом. Не самое удачное время для составления планов на будущее.