Где такой закон – назовите! – который бы гласил, что мечты сами по себе могут не мечтать?

За то, что она была хорошей девочкой – послушной, вдумчивой, внушаемой, – Лиззи ощущала себя ребячливой недотепой. Так вот, время ребячливости и недотепистости прошло.

Оно истекло сегодня.

Сейчас.

Брюнетка собиралась было двинуться на Блумингдейлз, но передумала и заспешила обратно по Пятой авеню. Поход на Блумингдейлз очень уж напоминал возвращение к прежним бедовым денькам. Вместо этого она сейчас попробует улицу, по которой пошла за Кристиной, когда они впервые заговорили. Это показалось уместным: так Лиззи следовала знакам, а она верила в судьбоносные события. Иначе, спрашивается, зачем она повстречала Кристину (и уверовала в возможность реальной дружбы), как не для того, чтобы в голову пришел сегодняшний замысел? Ты засылаешь мысли во вселенную, а бог придает им там форму и отсылает обратно. Так говорил отец Джефферс, и в этом он даже мог быть прав.

Она двинулась вдоль Сорок седьмой улицы, заглядывая в окна. Через несколько минут подвернулся подходящий вариант. Витрина у него была достаточно затейливой, и к тому же он был покрупнее других, что облегчало задачу. Момент девушка выжидала, блуждая по восьмерке радиусом метров в сорок, пока не завидела, как в магазин входит небольшая стайка людей: двое по виду дельцы, остальные – просто обычные покупатели.

Лиззи скользнула внутрь.

Интерьер с трех сторон обступали витрины и стенды с лотками. Торговый зал имел U-образную форму, и по нему сейчас упруго прохаживался мордоворот в дорогом костюме. Зеркальные стены помогали рассеивать блики света. Разноцветные искры сверкали в шелку, драгметаллах и каменьях (что было только к лучшему). Игра отражений частично застила взор, путая ощущение пространства.

На задах магазина двое мужчин в шляпах-хомбургах запальчиво обсуждали цену с продавцом, который выслушивал их со стоическим выражением человека, который ходил по этой дороге уже множество раз и знает, что в итоге цена будет согласована в тех самых параметрах (ну, почти), которые он мысленно себе и наметил. Лиззи прошла мимо и увидела, что те двое скупают оптом кольца – обычные, без изысков. Словом, это было не то, что ей нужно.

Она приостановилась возле пингвинистой парочки немецких туристов (они стояли и ворковали над толстыми золотыми цепками, которые ну совсем не годятся), а глянув им через плечи, заприметила группу на центральном пятачке: три сухопарых англичанки, деловито обсуждающие лоток, который по приближении сразу же показался Лиззи гораздо более интересным. Там было пять серебряных предметов в духе декоративно-прикладного искусства, вольготно разлегшихся на бархатной подушечке, от которой так и веяло: «Вам это не по карману». Вещицы смотрелись что надо. Правильно.