– Возьми домой и начинай с первой страницы.

Я уставилась на здоровенный талмуд и прочла длиннющее название:

КРАТКИЙ СПРАВОЧНИК нормативных актов, правил и инструкций надлежащего поведения для членов ГИЛЬДИИ ПРИВРАТНИКОВ

КРАТКИЙ СПРАВОЧНИК

нормативных актов, правил

и инструкций надлежащего поведения

для членов

ГИЛЬДИИ ПРИВРАТНИКОВ

– Сколько тут страниц?

– Три тысячи пятьдесят одна.

– И я должна это всё прочесть?! – упавшим голосом спросила я.

– Если хочешь стать полноправным агентом, то да, должна.

Я старалась не выдать, до чего обескуражена. Вообще-то я люблю читать, но это… Открыв книжку на последней странице, я прочла заголовок: «Правило номер две тысячи сорок один».

Я подняла взгляд на Софию.

– Но мне сейчас некогда. Понимаешь… Мне же надо выяснить, что случилось с мамой.

– Предоставь это большим псам, щеночек. Делом твоей мамы занимается профессор Д’Оливейра.

Щеночек? Тьфу! Я решила попробовать иной подход.

– На самом деле, я уже веду сейчас одно расследование.

София приподняла брови.

– В самом деле?

– Ага. Убийство в Британском музее. Думаю, оно как-то связано с провалом грунта в саду Берни-Спейн. Ну, знаешь, фургончик с мороженым провалился под землю.

София скрестила руки на груди и присела на край стола передо мной.

– С чего ты вообще решила, что между двумя этими происшестиями есть связь?

– Честно говоря, я полагаюсь на интуицию. А ещё кто-то пробовал меня запугать, чтобы я не расследовала историю с провалом…

София резко выпрямилась.

– Кто?

– Понятия не имею. Лица было не разглядеть.

– Ясненько. Кто-то неизвестный велел тебе не расследовать дело о фургончике – и поэтому ты должна заняться убийством?

– Знаю, звучит нелогично! Но откуда им вообще было знать, что я отправлюсь к месту аварии? Значит, за мной следили и раньше, когда я начала присматриваться к делу об убийстве. Эти два случая почти наверняка связаны. Преступники не хотят, чтобы я нашла доказательства этому, поэтому и угрожают.

София расхохоталась.

Хуже того, она сняла с меня берет и взъерошила мне волосы, точно милой малышке.

– Какое ж богатое у тебя воображение, крошка.

– Я не крошка! Я такой же агент Гильдии, как и ты.

Она подняла бровь.

– Думаешь, ты совсем как я? А знаешь ли ты, сколько мне было, когда я покинула родительский дом, чтобы войти в Гильдию Привратников?

Я покачала головой.

– Девять. Мне предложили шанс выучиться на тайного агента под прикрытием, и я за этот шанс ухватилась. Думаешь, ты в твоей пижонской школе для богатеньких поганцев хоть что-то знаешь о реальной жизни?

О чём мы вообще говорим?

– Думаешь, я из «богатеньких поганцев»? Я получаю стипендии! И я не брошу начатое дело!

– Понятно. И, думаешь, Гильдия должна тебя в этом поддержать? – София даже не старалась скрыть сарказм.

– Если не поддержать, то хотя бы дать мне закончить расследование.

София фыркнула и тряхнула хвостом, точно гривой. До меня вдруг дошло, что никакой она не робот, а лошадь – из породистых, которых так сложно укротить.

– Слушай, Фрикс-Шпикс, или как там тебя, – ты просто кадет, усекла? Никто не разрешит тебе вот так вот заниматься собственными расследованиями. Пусть твою мамочку все тут обожали, это ещё не даёт тебе никакого особого положения. Если не умеешь стоять в общем строю и не выделываться, то у тебя отберут ключ и вышвырнут с позором. И ты снова станешь самым обычным ребёнком.

София произнесла эти слова со злобной усмешкой, как будто о лучшем повороте событий мечтать не могла.

Я уставилась на неё широко распахнутыми глазами.

– Я вовсе не требую никакого особенного отношения! Просто дело и правда очень важное – мне кажется, происходит что-то очень серьёзное.

София поднялась.

– Как я уже сказала, ты – просто кадет. А теперь будь хорошей девочкой, возьми домой эту книгу сказок и прочти от корки до корки. – Она порылась в своей сумке – большом чёрном портфеле – и достала оттуда папку. – А вот тебе домашнее задание.

– Домашнее задание?

– Шифры, головоломки, всякое такое.

Я взяла папку и спрятала в рюкзак. Попыталась запихнуть туда и книгу, но та не влезла. Понаблюдав за моими безуспешными попытками, София взяла у меня справочник.

– Давай пока понесу.

Первый проблеск заботы за всё это время.

– Спасибо, – кротко сказала я.

С усилием поднявшись, я побрела за ней обратно по коридору к выходу. Но уже у самой двери она вдруг свернула налево.

– Проходи.

Ноги у меня так отяжелели от усталости, что хотелось брякнуться на пол и зареветь.

– Я думала, мы идём домой.

– Я увидела, что свет горит. Тебе просто необходимо кое с кем познакомиться.

А до другого раза подождать нельзя?

Но София уже зашагала вперёд. Она постучалась в какую-то дверь и открыла её.

Я догнала свою наставницу и прочла на открытой двери: «Уоллес Джонс, суперинтендант».

– Вот она, – сказала София.

Я встала рядом с ней в дверях. Внутри, за широким письменным столом сидел человек, занимавший, казалось, большую часть комнаты. Кабинет у него был просторнее многих, но он всё равно напомнил мне Алису, нашедшую пирожок с надписью «Съешь меня». (А ведь всем давно известно, что ни за что нельзя есть еду непонятного происхождения!) Не то чтобы мистер Джонс заполнял собой комнату – просто вокруг него всё словно бы съёживалось: одежда казалась слишком тесной, кресло и письменный стол – слишком маленькими. У меня возникло ощущение, что если он встанет, то заденет головой потолок.

– Дочь Клары! Наконец-то мы встретились! – Он поднялся и обошёл стол, чтобы пожать мне руку. Ладонь у него была сухой и тёплой.

– Я вас оставляю, – сказала София, кладя мою книгу на угол стола мистера Джонса. Я понятия не имела, как дотащу её домой!

– Благодарю вас, мисс Солоков, – с улыбкой отозвался он, и она почти улыбнулась в ответ – уголки её губ дрогнули. Потрясающе! Даже София в его обществе становилась не такой угрюмой.

– Заходи-заходи, – пригласил он меня, выдвигая уютное кресло и жестом приглашая меня сесть. Я положила рюкзак на пол и опустилась на мягкое сиденье.

– Тяжелый денёк? – спросил мистер Джонс, возвращаясь за стол.

Я кивнула:

– Только прошла испытания, а потом мы все были в архиве и…

Голос мой оборвался. Мне вдруг пришло в голову: а вдруг исчезновение папки – тоже конфиденциальная информация.

Впрочем, Уоллес Джонс не стал на меня давить. Просто улыбнулся и кивнул.

– Слишком много всего сразу? – Внезапно лицо его исполнилось скорби. – То, что произошло с твоей мамой, ужасно печально! Знаешь, мы все тут её очень любили. Она была одной из лучших.

– Хочу спросить… – Я замялась, не зная, как задать такой важный вопрос человеку, с которым только что познакомилась.

– Да?

– Вы знаете, что с ней случилось?

Он задумчиво откинулся на спинку кресла.

– Слышал, был какой-то жуткий несчастный случай, на велосипеде. Клара вечно нагружала багажник уймой книжек. Я умолял её возить поменьше.

Я покачала головой.

– Нет, дело не в велосипеде.

Мистер Джонс нахмурился:

– Правда?

– Велосипед в полном порядке. Ни царапинки.

Он подался вперёд.

– В самом деле? Подозрительно. Я и понятия не имел. Когда ты его видела? Я думал, после аварии его конфисковала полиция.

Я замялась.

– На самом деле я его уже давно не видела. Он куда-то пропал.

– Наверное, и правда в полиции.

– Может, они за ним вернулись… Я ещё не успела спросить профессора.

– Как бы то ни было, милая, мы с тобой не учитываем одно крайне важное обстоятельство.

Я затаила дыхание. Сейчас мистер Джонс расскажет мне что-то о маме – что-то жизненно важное, что-то такое, что поможет мне найти все ответы!

– Теперь ты – Привратница! Надо это отпраздновать!

Я выдохнула.

– Многие будут пристально за тобой наблюдать, как за дочерью Клары Фрикс, – продолжил он и погрозил мне пальцем, но уже снова с улыбкой. А потом доверительно прошептал, перегнувшись ко мне через стол: – Не позволяй им себя запугать, Агата! Иди в своём темпе – и не сомневайся, ты многого добьёшься!

– Спасибо.

– Я уже слышал, ты крайне одарённая барышня. – Он оглядел свой кабинет. – Знаешь ли ты, чем я занимаюсь?

– Вы – суперинтендант. Кажется, в армии люди на этой должности отвечают за провиант и всё такое?