Погрузили наших раненых ребят, захваченных живых и мертвых бандитов, арестованных на машины и повезли. Один из наших, раненный в голову, умер в дороге. Второго отвезли в больницу. Мертвых и живых бандитов и задержанных гражданских передали в отдел МВД в Руцаве^[1467]. Я, слава богу, остался невредим, пули пролетели мимо. На машинах мы вернулись на место нашей дислокации в лесничество. Через пару дней нам сообщили, что две другие наши группы тоже ликвидировали несколько банд.

Война продолжается 2. Смертельное дежурство

Война продолжается 2. Смертельное дежурство

Не каждый день я выезжал на операции. В лесничестве оставались дежурные. Однажды мы дежурили с моим другом Иваном Ермаком. Сели чистить картошку. Оружие, зная обстановку, держали наготове. Прошло несколько часов, мы уже разожгли плиту для варки мяса и картошки. Вдруг услышали выстрелы, и они приближались. Мы схватили оружие, Ваня — еще резервный ручной пулемет и выскочили из дома. На койках оставили шинели, в которые положили какие-то вещи, а поверх каски, — будто солдаты спят. Я и Ермак спрятались, пристроили ручной пулемет по направлению к фасаду дома; там были две стены глухие, а третья с сенями, т. е. пристроенный коридор на всю стену и боковой вход. Ермак взял на себя фасад, а я вход в дом. Мы услышали шорох в кустах и какой-то разговор. Увидели двух верзил с автоматами наперевес, идущих к дому. Ермак махнул рукой, т. е. он тоже увидел их. Но этого мало, появились еще двое. Бандиты подошли вплотную к дому, шли медленно, тихо-тихо. Время было около полудня. Трое подошли к окнам, а один ко входу. Ермак взглянул на меня: «Давай!», и дал длинную очередь из пулемета, я тут же из автомата. Трое были скошены, а четвертый пытался дать очередь, но я бросил гранату в его сторону. После взрыва и четвертый замолк, правда, оказался жив, но тяжело ранен. Мы не сразу вышли из укрытия. Спустя некоторое время я и Ваня подошли к раненому бандиту, но он уже только стонал и на наших глазах умер. К вечеру приехали наши курсанты и увидели все, что случилось в их отсутствие.

До отъезда в Ригу наши опергруппы еще несколько раз выезжали на задания и уже возвращались без потерь. По всей местности наших групп боялись. Убитых бандитов было разрешено забирать родственникам, которых после этого часто арестовывали. От имени уездного отдела жители были предупреждены, что те, кто поддерживает и укрывает бандитов, будут арестованы и высланы, а кто будет пойман с оружием в руках, будет убит на месте.

9 мая 1947 г[ода] мы встречали в Руцаве. К нам приехали из нашей школы, привезли письма из дома. Из письма мамы я узнал, что она все мои письма получила одновременно и страшно переживает, что со мной. К великому сожалению, я никак не мог сообщить маме и папе, что у меня все хорошо и я жив. В Руцавской волости был создан истребительный батальон и перед возвращением в Ригу мы передали ему часть оружия.