Имели задание поймать Герасимовича, лет 20. Он убил парторга волости Строганова. Обстрелял во время выборов избирательный участок. Считался опасным бандитом. Герасимович однажды уже был пойман, но бежал.

Надо было узнать, где скрывается и бандит Йёнишкан, лет 40, был при немцах полицейским в Нирзе^[1473]. За ними числились расстрелы евреев в Пилде — семьи аптекаря, фамилии не помню.

В одной деревне был свой человек Злакоманов, и мы ехали к озеру на встречу с ним. В километрах полутора от сельсовета вдруг по нам из леса стреляют из винтовки. Соскочили с велосипедов, выхватили оружие: у меня ТТ, у Репша — наган, вначале залегли, а потом бросились в сторону, откуда стреляли. Мы даже увидели стрелявшего, но не догнали. Вернулись к велосипедам, поехали к озеру. Встретились со Злакомановым. Он рассказал, когда Герасимович бывает дома. По пятницам приходит к родителям, моется в их баньке. После встречи поехали к еще одному нашему знакомому крестьянину Бондареву, который открыто поддерживал советскую власть. Очень хорошая семья. У него же и заночевали. Спали с пистолетами под подушкой.

Председатель сельсовета Гернов, без одного пальца, был партизаном, сын его погиб случайно: нашел снаряд или мину в лесу и подорвался. Мы часто ночевали в поездках у Гернова, он жил неподалеку от большака.

Крестьяне помогали нам, хотя боялись. Но они хотели мирной жизни, мешали бандиты.

Поехали обратно в Пилду. Оттуда в Лудзу нас повез на телеге, в которую положили и велосипеды, Мекш. Его сыновья при немцах служили в полиции, а в 1944-м ушли в лес. В 1949 г[оду] Мекша выслали.

Приехав в Лудзу, в отдел, написал обо всем рапорт начальнику отдела УМВД Иониченку.

По поимке Герасимовича создали спецгруппу во главе с Рубановым — старший лейтенант, фронтовик, Климов — боевой парень, в огонь и в воду, позже застрелился. Будревич, Репш и я. В пятницу поехали на подводах устроить засаду у дома. Все были одеты в зеленые армейские гимнастерки без погон. Приехали вечером, уже смеркалось, часам к десяти. Вместе с Репшем и Будревичем я находился у бани, рядом пруд, сарайчик. Это была вторая охота на Герасимовича. В 1946 г[оду] он бежал из дома через окно в лес. Был он очень смелый, здоровый, верткий. Рубанов находился прямо в доме. Герасимович пришел один, и, когда он начал раздеваться, Рубанов его схватил. Посадили Герасимовича у стола; от радости, что схватили бандита, мы по глупости присели рядом с ним. Он начал с нами говорить, что, мол, собирался и сам сдаться, что нет смысла подвергать опасности отцовский дом. Вдруг вскочил, оттолкнул сидящих рядом и прыгнул в окно. Рубанов все-таки успел в него несколько раз выстрелить из ТТ.