Например, так начинается постановление общего партийного собрания Вологодского районного сельхозуправления «Об итогах XIX районной партийной конференции от 15 января 1966 года», проходившего в Вологде 23 января 1966 года: «Заслушав и обсудив доклад начальника районного производственного управления сельского хозяйства т. Усова С. М. … партийное собрание отмечает, что усилия коммунистов управления вместе со всеми коммунистами райпарторганизации были направлены на выполнение решения Мартовского и Сентябрьского пленумов КПСС, на развитие экономики совхозов и колхозов. В результате район увеличил производство, выполнил государственные планы заготовки молока на 133 %, мяса на 144 %, яиц на 138 %, картофеля на 106 %, овощей на 101 % и т. д.»[869].

Похожим образом начинается постановление общего партсобрания совхоза «Майский» от 6 февраля 1975 года: «Заслушав и обсудив доклад секретаря парткома Павлик В. Н. „Задачи партийной организации в свете постановления Пленума Обкома КПСС“, партийная организация и партийное собрание отмечает, что за 4 года текущей пятилетки коллектив совхоза достиг определенных успехов в производстве и продаже государству продукции растениеводства и животноводства. Так, план продажи основных видов сх продукции составит в сумме за 4 года (1971–1974) зерновые – 316 %, картофель – 129 %, молоко – 113 %, мясо 145 % и т. д.»[870]

После перечисления достижений страны, области, района и хозяйства наступала очередь недостатков, к числу которых авторы документа относили все озвученные и не озвученные на партсобрании проблемы. Если речь шла о производстве, тут писали о низкой трудовой дисциплине и недостаточных надоях, проблемах с запчастями и перебоях с доставкой кормов и т. д. Если о работе парторганизации – то «о недостаточном контроле», «слабой организации», «невнимании к работе» и т. д.

За счет противопоставления положительных и отрицательных сторон развития производственной жизни в тексте создавалось напряжение, где оптимистическое будущее в виде перечисленных экономических успехов страны, области или района (названных в начале решения или постановления) уже признавалось состоявшейся реальностью. Таким образом, сельским коммунистам оставалось лишь ликвидировать отдельные недостатки в своем совхозе.

Важной спецификой партийных решений и постановлений было и то, что они были адресованы, по сути, аудитории партийного собрания, обычно состоявшей исключительно из коммунистов. Несмотря на постановление о Ярославской городской парторганизации, беспартийные на партийные собрания в сельской местности в основном не ходили, если повестка не включала специальных вопросов, предполагавших их присутствие. Поэтому в протоколах все рекомендации формулировались таким образом, чтобы у вдруг решивших проверить исполнение решения райкома не было шанса понять, чтó изменилось в жизни совхоза или леспромхоза со времени их принятия. Этот эффект достигался использованием безличных устойчивых выражений, вуалирующих смыслы. Так, наиболее часто встречающимися были: «усилить работу», «взять под контроль», «проследить за соблюдением» и т. д. Например, в ответ на бездействие совхозного комсомола партсобрание колхоза «Борьба» в 1968 году предлагает собранию «устранить имеющиеся недостатки в работе комсомольской организации», «улучшить воспитательную работу среди молодежи» и «добиться устранения недостатков в проведении комсомольских собраний»[871]. Постановление партсобрания совхоза «Воробьевский» от 4 апреля 1973 года призывало партийную организацию приступить к выполнению правительственного постановлении и «постоянно концентрировать усилие специалистов на повышение культуры земледелия, животноводства, высокоэффективного использования земли, машин и других материально-технических средств»[872].