В литературе встречаются противоречивые сведения, кто из аргентинских офицеров инициировал сдачу. Старшими начальниками в Грютвикене были капитаны 3 ранга Лагос, вступивший в должность коменданта острова, и Бикаин, имевший старшинство в чине. В официальном отчете аргентинской морской пехоты об обороне Южной Георгии сказано, что решение они принимали сообща. И уж точно это не был Альфредо Астис, как пишут Хастингс с Дженкинсом и ряд других авторов. В любом случае, аргентинские командиры действовали четко в соответствии с инструкциями адмирала Ломбардо: «при явном превосходстве противника сдать позицию в соответствии с положениями Женевской конвенции, заявив при этом, что остров Южная Георгия силой оккупирован британцами». Правда, в суматохе никто не озаботился затопить стоявшую у причала подводную лодку, чтобы предотвратить ее захват неприятелем. Так что «Санта Фе» не суждено было стать аргентинским «Варягом», хотя позже буэнос-айресская пропаганда прилагала к тому все усилия. Но факт сдачи лодки спрятать было невозможно. Не последовало и наказаний. Бикаин и Лагос, хотя и не достигли высоких чинов, оба успешно завершили свои военные карьеры в 1990-х годах капитанами 2 ранга.

В 17:30 25 апреля 1982 г. кэптен Янг с борта эсминца «Энтрим» передал радиограмму в Нортвуд: «Рады сообщить Ее Величеству, что „Уайт Энсайн“ развевается рядом с флагом Соединенного Королевства в Грютвикене, Южная Георгия. Боже, храни Королеву». Вертолет с эсминца доставил медиков, однако оказалось, что среди оборонявшихся пострадавших от артобстрела и штурма нет. Раненный в ходе утреннего боя «Санта Фе» капрал Масиас был эвакуирован на «Энтрим», а на следующее утро переведен в хирургическое отделение на «Тайдспринге». С британской стороны имелся один солдат, получивший вывих лодыжки. Аргентинцы любезно согласились оказать помощь в обезвреживании установленных ими самодельных взрывных устройств и растяжек. После этого Бикаин и Лагос были приглашены на борт «Энтрима», чтобы отужинать вместе с британскими офицерами и подписать акт о капитуляции286. Словом, сдача гарнизона Грютвикена в британский плен прошла в теплой и торжественной атмосфере, соответствующей духу старых рыцарских романов.

Захваченная аргентинская субмарина вызвала у британцев неподдельный интерес. Многие стремились если не попасть внутрь, то хотя бы сфотографироваться на фоне испещренной пробоинами рубки. Кэптен Баркер при осмотре трофея обратил внимание на то, что одно из мест для хранения торпеды пустует, и немедленно предположил: смертоносный снаряд выпущен по одному из кораблей Королевского флота, возможно даже, именно по «Эндьюренсу».