Как рассказывал А. Темкин, а ему об этом поведал в камере внутренней тюрьмы НКВД на Лубянке сам Пятницкий, одним из участников совещания (так называемой «чашки чая») был секретарь Московского областного совета Филатов, который тут же обо всем, что там происходило, рассказал Сталину. Результаты этого доноса сказались сразу же.

Таким образом, подтверждается, что «за чашкой чая» состоялась тайная встреча ряда членов и кандидатов в члены ЦК. Ее участники приняли решение не допустить положительного решения двух вышеназванных вопросов. Среди «заговорщиков» были руководители крупных партийных организаций.

Вполне возможно, что участники встречи имели разные резоны для такого решения. Вряд ли кто-то мог предвидеть размах грядущих репрессий против партийных и советских работников. Скорее всего, они были обеспокоены возможностью самим угодить в «ежовые рукавицы».

Если Каминский и Пятницкий выступали только против предоставления органам госбезопасности чрезвычайных полномочий, то это никак нельзя считать заговором против Сталина: всего лишь возражение против предложений Ежова, поддержанных Сталиным. Однако не исключено, что за этим выступлением скрывалось нечто более существенное и радикальное: попытка отстранить Сталина от верховной власти, выразить недоверие его политической линии. Только в таком случае есть основание говорить о реальном заговоре против генсека.

Разговоры и замыслы участников тайной встречи стали известны. В результате на пленум было приглашено все руководство НКВД: Фриновский, Заковский, Курский, Вольский, Берман, Литвин, Николаев-Журид. Их присутствие сыграло свою устрашающую роль. Большинство «заговорщиков» не осмелилось на открытое выступление.

В ходе работы Пленума были арестованы 31 член и кандидат в члены Центрального Комитета ВКП(б). Такого в истории ленинской партии не было ни до, ни после июньского пленума.

Бытует версия, что смелость Каминского объясняется отчасти тем, что он не был посвящен в тайны партийного руководства и пытался нанести удар не столько по Ежову, сколько по набиравшему политический вес Л.П. Берии. Ненависть Григория Наумовича к Лаврентию Павловичу сохранялась еще с 1921 года. Тогда молодой чекист Берия помогал своему покровителю Кирову отстранить от партийного руководства в Азербайджане Каминского и его сторонников. Теперь Каминский выбросил свою козырную карту – обвинение Берии в сотрудничестве с полицией азербайджанских националистов. (Действительно, очень темная страница в биографии этого темного человека.)

Каминский, не оценив силу покровителей Ежова и Берии, стал потенциальным смертником. Та же участь постигла О.А. Пятницкого и его сторонников. Не помогло им и заступничество Крупской, если не считать того, что Пятницкого арестовали не сразу, а через неделю после пленума.