Я не могу и не вправе говорить за всех, но полагаю, что мое восприятие жизни, а по существу — мировоззрение, не отличается от мировоззрения большинства моих современников, от мировоззрения нашего поколения. И как бы ни старались новые строители «светлого будущего» переоценить наше прошлое время, нашу историю — ничего уже изменить они не могут.
Я не имею права говорить от чужого имени, но от себя лично могу сказать: наше поколение, поколение советских людей. останется в мировой тысячелетней истории единственным, которое в огромной стране впервые попыталось осуществить мечту лучших умов человечества — построить коммунистическое общество.
Теперь все…
Владимир Григорьевич Фролов «Просто чекист»
Владимир Григорьевич Фролов
«Просто чекист»
Партизанское движение в годы Второй мировой войны открыло множество новых страниц в собственной истории. Вновь стали актуальными работы классиков партизанского движения не только 1920-х годов, но совершенно по-новому зазвучали положения, сформулированные еще в период наполеоновских войн.
Война пришла на советскую землю «предсказуемо внезапно». Все профессионалы разведки, большинство военных и политиков прекрасно понимали, что развитие событий с 1933 по 1939 год должно было во что-то вылиться. С момента своего прихода к власти в 1933-м, а на самом деле гораздо раньше, после разгромного для Германии Версаля, Гитлер готовился взять реванш за весь комплекс военных, политических и социальных унижений его страны. И какими бы ни были прагматически выгодными контакты между СССР и Германией, сомнений не оставалось — вчерашние «союзники» завтра могут стать серьезными противниками.
Однако, несмотря на очевидную перспективу, в годы, предшествующие войне, в условиях тотальных репрессий и неуемной подозрительности были свернуты программы, позволяющие защитить западные рубежи отработанными диверсионно-партизанскими методами. Большинство специалистов были либо расстреляны, либо отправлены в лагеря, либо задвинуты на не связанные с их основной специализацией участки работы.
Военная машина сильной, идеологически сплоченной нации, без особых препятствий катившаяся по дорогам Европы с 1 сентября 1939 года, при политической слепоте и фатальных ошибках высшего политического руководства СССР могла подмять под себя ослабленные и плохо обученные Вооруженные силы нашей страны. Молодые «скороспелые» командиры, пришедшие на смену репрессированным военспецам с богатым опытом подполья и Гражданской войны, не справлялись. Массовый личный героизм, который наблюдался с первого дня войны, не заменял тактических и стратегических провалов. Необученные бойцы порой не знали, как быстро перезарядить винтовку, и трагедия развивалась молниеносными темпами. Судорожные приказы Ставки, больше похожие на истошный крик: «Остановить! Опрокинуть! Перейти в наступление и перенести войну на чужую территорию!» — были абсолютно лишены военной логики. Вдумайтесь только: территорию, потерянную в первые три — пять месяцев, пришлось отвоевывать долгие четыре года. Но именно трагедия первых дней войны заставила вновь вернуться к тому, что почти уже выкорчевали. Пришлось искать чудом избежавших репрессий специалистов, освобождать их из лагерей и тюрем, срочно реабилитировать или просто «гасить» судимость, восстанавливать физически и бросать в бой с сильным и умным противником.