Я нажимаю кнопку нужного звонка на хорошо знакомой двери.

— Das bin ich.

— Ja. Kommen Sie bitte rein[21].

Негромкий щелчок электронного замка, я прохожу в подъезд и поднимаюсь на верхний этаж. Дверь квартиры открывается, и хозяин впускает меня в небольшую уютную квартирку. Мы проходим по маленькому коридору налево в рабочий кабинет и располагаемся, как всегда: хозяин квартиры садится за письменный стол, а я опускаюсь на мягкий диван, к которому приткнулся журнальный столик.

Мы беседуем об общих знакомых, о написанных и готовящихся к изданию книгах. Идею написать совместную книгу об Эрнсте Волльвебере мы обсуждаем уже достаточно продолжительное время; постепенно вырисовывается структура и направление развития сюжета. Рассказать об уникальном человеке, руководителе нескольких сетей законспирированных коминтерновских и антифашистских структур, действовавших перед началом и во время Второй мировой войны, одном из основоположников спецслужб послевоенной ГДР, было бы крайне интересно. Как любая яркая и одновременно противоречивая личность, Волльвебер притягивал и настораживал множество людей, которые его знали. Он остается одним из малоизвестных солдат секретных войн кровавого ХХ века.

Правильное, умное лицо когда-то яркого красавца, на которого засматривались многие женщины, теперь отмечено чертами мужчины в возрасте — морщинами, которые придают солидность и дополнительное обаяние его образу. Разговор идет деловито и неспешно, с той немецкой обстоятельностью, которая была характерна для представителей «старой германской школы» что на востоке, что на западе Германии, и которая является редкостью в сегодняшнем немецком обществе. Это люди совершенно иной культуры и иного — «классического германского» — воспитания. Общаться с ними всегда приятно и интересно, даже если беседа носит совершенно отвлеченный характер.

Мы прерываем разговор, покидаем квартиру, спускаемся вниз по лестнице, выходим из подъезда и направляемся в уже упомянутый ресторанчик. В меню мы едва заглядываем, поскольку основные блюда от шеф-повара нам хорошо известны. На столе вскоре появляются небольшие, «экономные» порции французских деликатесов, источающие притягательный аромат, а бутылка хорошего французского вина придает особое настроение разговору. Мы переходим с темы на тему, касаясь самого широкого круга вопросов, обмениваемся мнениями, обсуждаем недавно вышедшие книги, статьи и телевизионные передачи с участием тех или иных общих знакомых. Мне приятно находиться в компании этого человека, воплощающего собой целую эпоху в истории секретных служб, создавшего не одну уникальную систему; всего его наработки давали уникальный результат и активно влияли на геополитическую конъюнктуру второй половины ХХ века.