«Туристическая поездка» подходила к концу, осталось несколько перелетов и — дома. Авиалайнер коснется бетонной полосы в родном «Шереметьево», затем формальности в терминале прилета, знакомые цвета и запахи, обмен рукопожатиями с ребятами — жаль, что с ними, скорее всего, больше не пересечешься, хотя все пережитое останется навсегда в памяти, и вот уже видишь либо улыбчивое молодое лицо водителя Миши, либо по-отцовски внимательный взгляд водителя дяди Коли, который читает тебя насквозь. В ушах звучит хрипловатый от курения голос встречающего — свою неизменную папиросу он потушил и спрятал в портсигар перед самой посадкой в машину. Знакомые повороты с детства знакомых улиц, знакомый двор и подъезд, знакомая дверь, за которой всегда ждут: вначале бабушка, потом жена, а теперь еще и маленькая дочка.

Сквозь полудрему пробились другие воспоминания. Последний этаж шикарного здания отеля, в основном для иностранных делегаций, номенклатурных работников и гостей с очень высоким блатом.

Они тогда незаметно сбежали со свадьбы родственников, чтобы побыть вместе. Он просто не мог предупредить ее, что скоро может внезапно исчезнуть на неопределенное время. По счастью, подвернулось такси, и обозначенная сумма «не по счетчику» мгновенно сделала сурового водителя «Мосавтотранса» в фирменной фуражке улыбчивым и приветливым. «Волга» шустро домчала их до центра города и остановилась у входа в отель. Но как бы не так — путь им преградил строгий швейцар, за спиной которого маячили два подтянутых милиционера.

— Спецобслуживание! — поставленным голосом проговорил швейцар и чуть выставил вперед руку. Сержант смерил их взглядом и шагнул вперед. Второй милиционер, с погонами лейтенанта, внимательно наблюдал за происходящим, пока что не вмешиваясь.

Заслоняя свою спутницу спиной, он чуть выдвинулся вперед и отработанным жестом достал из кармана брюк маленькую красную книжечку с вдавленными золотистыми буквами и незаметно раскрыл ее на уровне пояса (тонкой стальной цепочкой, пропущенной через кольцо, книжечка была фиксирована к брючному ремню). От лейтенанта это движение не укрылось, и он мгновенно оказался рядом. Сержант уже вытянулся по стойке «смирно», а швейцар, крякнув, вскинул руку к козырьку фуражки.

— Проходите, пожалуйста! — четко отрапортовал лейтенант.

— Спасибо, — кивнул он и, взяв спутницу под руку, повел ее к служебному лифту.

— Из тех.

Услышав басовитый голос швейцара, он обернулся, и швейцар, смутившись, опустил голову, а милиционеры одновременно козырнули. Поймав удивленный взгляд девушки, он сделал удивленное лицо и лукаво улыбнулся.