• обрисовать альтернативное видение политической организации и культуры, которое восстановит гармоничные отношения между преобразованным объектом и средой;
• мобилизовать соратников в поддержку этого видения;
• не дать защитникам существующего порядка саботировать трансформацию;
• реализовать конкретные программы, которые приведут к замене существующего порядка на более отвечающий требованиям внешней среды завтрашнего дня.
Когда отправной точкой является монополистическая система ленинизма, трансформационный лидер должен:
• создать и легитимизировать автономные общественные арены;
• рассредоточить социальные, экономические, политические и информационные ресурсы по этим аренам;
• создать новые институты для координации децентрализованного общественного обмена и интеграции нового общественного порядка;
• заложить основы новой политико-экономической культуры, созвучной новому общественному порядку.
Таким образом, он должен разрушить структуры и культуру старого порядка, заменить их новыми структурами и помочь сформулировать новую культуру. Это в любом случае – идеал. Редкий лидер может добиться успеха как в разрушении системы, так и в построении новой. Горбачев и Ельцин пытались добиться успеха по обоим направлениям.
Стандарты оценки лидерства
Стандарты оценки лидерства
Как в публицистике, так и в академической науке оценка лидерства проводится постоянно, но обычно без размышлений о применяемых стандартах. Следовательно, разные наблюдатели могут применять к одному и тому же лидеру разные стандарты, что приводит к разным оценкам итоговых показателей.
Один стандарт является чисто нормативным, а его нормы определяются наблюдателем: согласен я или не согласен с ценностями и целями, которые преследует лидер? Если я согласен с его ценностями и целями, я называю его «великим». Если мне не нравятся его ценности и цели, то назвать его «великим» нельзя. Нормативный подход может также фокусироваться на результатах политики лидера. Если я одобряю эти результаты, я даю положительную оценку; если я не согласен, мое мнение будет отрицательным. Как выразился Хоффманн, «человек, который для моего соседа герой, для меня может быть истинным проклятием» [Hoffmann 1967: 113]. Сплошь и рядом нормативный подход к оценке объединяет намерения и результаты, рассматривая последние как продукт первых.
Например, противники того, за что выступал Горбачев, часто с большой страстью высказывали свои негативные мнения, а те, кому это нравилось, часто склонялись к «горбимании». «Тайм» мог объявить Горбачева «человеком десятилетия», советские реакционеры проклинали его за вестернизацию страны, тогда как советские сторонники свободного рынка – за упорную приверженность «социалистической идее». Люди на обоих концах советского политического спектра недоумевали по поводу того, что Горбачевым так восхищаются за границей, но так недолюбливают дома. Когда итог споров о «достижениях» лидера в значительной степени зависит от принятия или неприятия ценностей, которым он привержен и которые реализует, таким спорам не следует уделять много внимания. Убедить оппонента, приводя доказательства, невозможно. Споры имеют тенденцию к уходу в сторону философского обсуждения относительных достоинств различных ценностей, но это иная задача по сравнению с оценкой лидерства как такового.