По Гете, лишь тот достоин звания Гражданина, кто постоянно отстаивает права человека в борьбе с несправедливой, антинародной властью. Вне этой борьбы не может состояться ни Гражданин, ни гражданское общество. А формы борьбы вытекают из сложившихся исторических условий.

И прискорбно читать сегодня сентенции вроде: «гражданское общество» — это явление западной цивилизации, противостоящее русскому понятию «народ»… Ядром западной цивилизации является индивид, русской — община… Народ, в отличие от гражданского общества, не состоит из индивидуумов или неделимых частиц, он скорее сам является такой частицей с общей памятью и общим сознанием… Призывы к построению гражданского общества — это не что иное, как призывы перестать быть народом и сделаться объединением индивидов (С. Замлелова. «Советская Россия». 06.05.2016).

Разделение понятий «гражданское общество» и «народ» свидетельствует об отсутствии у автора знаний о предмете разговора. Эти понятия нерасторжимы — гражданское общество является состоянием народа. Народ, в массе своей осознавший необходимость бороться за свои права — и эту борьбу осуществляющий, — обретает статус гражданского общества. И народ дремлющий, отлынивающий от борьбы за свои права не может именоваться гражданским обществом, спит в нем Гражданин, это — не народ, а население. Русский народ в момент Октябрьского переворота вступил народом, а вышел из Гражданской бойни населением. Большевики выбили из него в основном дух солидарности (окончательно выбили в сталинские годы), атомизировали. Вот почему постоянно обираемый народ сегодня вяло отзывается на призывы коммунистов принять участие в митингах, например, против массовых увольнений, сокращения зарплат, роста цен и т. п. Вроде бы постоянное снижение жизненного уровня всех припекло, но на площадь не идем, пусть другие идут, а я дома, на кухне, власть обматерю. Пусть Зюганов отблагодарит своих идеологических предшественников, которых он возносит до небес, за их убийство в народе духа солидарности, за истребление в течение десятилетий социальной активности народа, превращение его в безответный винтик, приводной ремень, передаточное колесо государственной коммунистической, а теперь уже и постсоветской машины.

Интересно было бы узнать у Замлеловой, в какой древней кладовке она нашла такую рухлядь, как «община», и где сегодня такая конденсируется! И частицей чего является народ? Сплошная метафизика с незнанием истории.

А где настоящее гражданское общество и народ, а не население, ответят Замлеловой представители «гнилой цивилизации» — датчане.