Есть, похоже, самое простое объяснение, почему Лиссабон и Москва выходили во время своих путчей на улицы, а Мадрид и Валенсия — нет. В Португалии не было гражданской войны, для России она была страшным, но забытым, давним опытом. Испанское общество и особенно испанский политический класс состояли из людей, которые застали гражданскую войну взрослыми или детьми, она им дышала в затылок. И они помнили, что гражданская война началась с того, как горожане в ответ на армейский мятеж вышли на улицы, блокировали казармы и потребовали оружия. И есть повод опасаться, что если бы вечером 23 февраля прошли массовые коммунистические или сепаратистские демонстрации, если бы воспользоваться переворотом захотели баскские или ультралевые боевики, то воинские части, округа и генерал-капитаны, которые замерли в ожидании на пороге путча, тоже вышли бы из казарм и последовали примеру генерала Миланса и подполковника Техеро.

Во время второго за полвека военного мятежа испанцы взяли паузу и ждали решения сверху. Они в каком-то смысле предпочли риск компромисса с силовиками опасности новой гражданской войны. Они не приняли бы классическую военную диктатуру или хунту, но могли принять мягкую, промежуточную диктатуру. И так получилось, что в течение первых критических восьми часов путча следование букве и духу демократической конституции зависело от одного человека — короля Хуана Карлоса, причем в ущерб его собственной власти.

Король и переворот

Армада намекал, что действует от имени короля, генерал Миланс дель Боск говорил своим подчиненным в Валенсии, командующим другими военными округами, офицерам дивизии Брунете, что действует от имени короля, подполковник Техеро уверял своих гвардейцев и захваченных ими депутатов, что все согласовано с королем. На суде, который прошел через год, линия защиты большинства подсудимых, прежде всего самого Техеро, основывалась на том, что они действовали в интересах и по косвенным приказам короля.

Линия защиты другой группы — генерала Армады, майора Кортины, который был связующим звеном переворота и спецслужб, и его подчиненного капитана Гомеса Иглесиаса — выглядела более изощренной. В то время как Техеро, Миланс и другие участники переворота старались напрямую втянуть короля как косвенного соучастника, Армада, Кортина и Гомес Иглесиас преподносили себя защитниками короля, которые в интересах нации делали все, чтобы сначала предотвратить переворот, а потом, когда он начался, удержать его под контролем и найти ему мирное решение. Они всячески отрицали связь короля с переворотом, но делали это так, чтобы у многих создалось впечатление, что они жертвуют собой ради чести короля.