Майор Мелу Антуниш, лидер «Группы девяти» и умеренного крыла «Движения вооруженных сил», усилиями которых революция вернулась с социалистического на демократический путь, пытался противостоять выдавливанию армии из политики, но проиграл. После роспуска Революционного совета он не занимал высоких постов, вступил в Социалистическую партию и консультировал частные компании. К концу жизни получил по выслуге лет звание подполковника и в 2004 г. — полковника посмертно.

Самый богатый человек Португалии Антониу ди Шампалимо, у которого революционные власти отобрали выстроенную при Салазаре многоотраслевую империю, вслед за Каэтану уехал в Бразилию. Там он не стал просто проедать оставшиеся на зарубежных счетах деньги, а принялся строить бизнес заново. Сперва основал цементную компанию, потом несколько химических — и вновь разбогател. Он вернулся в Португалию в 1992 г., после того как из конституции исчезли последние социалистические статьи, и выкупил у государства свои бывшие компании. Многие португальские сельскохозяйственные кооперативы, возникшие в год революционной земельной реформы, сохранились до сих пор, хотя и утратили свой первоначальный «колхозный» характер.

Переход и разрыв

В 1986 г. Португалия одновременно с Испанией вступила в Европейское экономическое сообщество, будущий Евросоюз, пообещав в обмен на допуск в общий рынок Европы масштабную приватизацию. На пять лет раньше к ЕЭС присоединилась Греция. Три вчерашние правые диктатуры надолго — до вступления в Евросоюз бывших коммунистических диктатур Восточной Европы на рубеже ХХ и ХХI вв. — стали главными получателями европейской финансовой помощи. Так единая Европа отблагодарила их за демократизацию солидным чеком.

Испанская эволюция ожидаемо оказалась экономически выгоднее португальской революции. Обе страны подошли к порогу перемен в период стагнации, завершивший десятилетие экономического чуда. Катализатором перехода к демократии была не крайняя нищета населения или полная некомпетентность властей, а разочарование, вызванное остановкой экономического роста: все привыкли, что каждый год жизнь становилась лучше, и вдруг все закончилось. После присоединения к ЕЭС, даже раньше, в связи с грядущим членством в нем, рост возобновился.

Хотя институции, наблюдающие за мировой экономикой, в то время отслеживали национальные показатели менее тщательно, экономисты сходятся на том, что рост в Испании был более плавным и стабильным. Подушевой ВВП Испании увеличился с $2730 на человека в начале 1970-х до $4040 в конце десятилетия, Португалии — с $2070 до $2530. Таким образом, средний испанец за это время разбогател на $1310, а средний португалец — на $460. Примерно так же росли средние зарплаты: в Испании с $2434 до $3806, в Португалии с $1716 до $2030. Правда, нельзя забывать, что кроме социалистических экспериментов португальский переход к демократии сопровождался распадом империи.