— Куда-то запропастился, а ведь только что был перед глазами, — она разыгрывала фиктивное беспокойство, в то время как истинное овладело ею настолько. что она чувствовала: еще немного, и она не выдержит. Страх и смятение уже начали проникать в ее душу. Она стала суетливо раскрывать «молнию» в сумочке, рванула застежку, и «молнию» заело. А вторая рука, как назло, занята коробкой с клинексами. И тут мелькнула мысль: «Отдам-ка я ее подержать этому молодому». Так и поступила. Полицейский был смущен, но ему пришлось взять коробку с принадлежностями дамского туалета. И вдруг… стал открывать ее. Тогда она сунула ему сумочку. Он отвлекся, начав копаться в косметике и сказал пару комплиментов о качестве ее духов.

И в этот момент раздался сигнал об отправлении поезда. Пожилой полицейский бросал вещи в чемодан и в последний момент увидел билет, заложенный в книгу.

— Какая же вы рассеянная, мисс! Скорее садитесь в вагон.

— О, как я вам признательна, — со всей возможной искренностью произнесла Леонтина, поднимаясь в вагон и думая о судьбе коробки с документами. Полицейский вроде и не собирался возвращать ее. «Неужели он заподозрил что-то?» — в страхе думала она, продолжая сохранять на лице легкомысленную улыбку игривой девицы. «Может быть, он специально держит ее, чтобы проверить, как я буду реагировать?» Мелькнула мысль: когда поезд тронется, выскочить из вагона, выхватить коробку и снова вскочить в тамбур. Но это совсем загубит все дело.

Состав двинулся. «Это катастрофа», — успела подумать Леонтина.

Но в этот момент старший полицейский выхватил у другого коробку с клинексами и, догнав вагон, протянул ее Леонтине.

— Мисс! Мисс! Вы забыли свои салфеточки! Какая рассеянная! — повторил он.

Она даже не смогла поблагодарить толстяка. Ах, знал бы он, какую карьеру он только что держал в руках и упустил!

Сев в купе и прижав коробку к животу, она, как ей казалось, на какое-то время потеряла сознание. А может быть, просто провалилась в мгновенный глубокий сон. Это была естественная реакция на все пережитое…

Материалы оказались ценнейшими. Их немедленно переправили в Москву, где они сразу же легли на стол И. В. Курчатова.

Это лишь один эпизод из многотрудной жизни Леонтины Коэн. Она стала единственной разведчицей в истории, в честь которой в 1998 году в России выпущена почтовая марка с ее портретом. Она же стала первой женщиной — Героем Российской Федерации.

Снежный сугроб

Зоя Ивановна Воскресенская-Рыбкина вряд ли нуждается в представлении. Пожалуй, она наиболее известная советская разведчица. Написано много о ней, большим тиражом вышли ее мемуары «Теперь я могу сказать правду». Мне довелось познакомиться с ней, когда она уже была тяжело больна, не вставала с постели, но лицо сохраняло прежние прекрасные черты, ум был светлым, а память великолепной. Она рассказывапа о том, как в 1921 году служила красноармейцем в батальоне ВЧК, потом в штабе Частей особого назначения (ЧОН), на комсомольской работе, а с 1929 года — в подразделениях внешней разведки: в Харбине, Латвии, Германии, Финляндии, Швеции. Она вела вербовочные разработки, поддерживала связи с агентурой, получала ценную политическую и контрразведывательную информацию, участвовала в важных разведывательных и политических операциях, таких, например, как вывод Финляндии из войны с Советским Союзом и объявление ею войны Германии. В годы Великой Отечественной войны до отъезда в Швецию занималась подбором и подготовкой разведывательных групп в тылу врага.