Томас Инсел, директор Национального института психического здоровья (США), искал фармацевтические средства, помогающие при психических расстройствах, характеризующихся тревожными состояниями. Как это принято в современной науке, сперва проводились исследования на мышах и крысах. Объектом особого изучения стали две группы крыс одинаковой породы, но при этом существенно отличающие своим поведением. Крысы одной группы отличались супружеской верностью и добропорядочностью, они создавали семейные союзы пары на всю жизнь растили детенышей и заботились друг о друге. Рядом с ними жила другая группа крыс, отличавшаяся полной беспорядочностью в своих половых связях и равнодушием к судьбе потомства. Отличия между ними удалось установить далеко не сразу. Но в конце концов они были выявлены: обнаружена разницу в количестве двух гормонов, вазопрессина и окситоцина. У крыс с хорошим поведением уровень окситоцина был высоким, а у плохих крыс – низким. Настоящий научный прорыв произошел тогда, когда «плохие» крысы превращались в «хороших» после введения им дополнительного окситоцина! И наоборот, достаточно было заблокировать производство окситоцина у «хороших» крыс, как они превращались в «плохих» и начинали вести тот же самый беспорядочный образ жизни и так же точно побросали своих детей, к которым до этого относились с заботой и любовью. Вот оно – полное крушение всех наших возвышенных, одухотворенных представлений о высокой любви, будь то любовь материнская или же мужчины и женщины: нет окситоцина – нет любви! Есть окситоцин – есть и любовь, и материнская самоотверженность. Исследования окситоцина выявили еще немало весьма важных и порой обескураживающих явлений.
Окситоцин самым прямым образом определяет взаимоотношения родившей и кормящей матери с младенцем, отношения супругов в семье. Поведение в коллективе тоже во многом определяется количество окситоцина: те, у кого его много, добрее, щедрее, отзывчивее, чем те, у кого его мало. Выявлена и обратная связь: окситоцин вырабатывается от проявления нежности, от поцелуя, секса… Так что, повышайте друг у друга окситоцин, граждане. А то, неровён час, можно и в депрессию впасть: установлено, что в состоянии депрессии уровень окситоцина очень низок.
Не хочется раздел «о любви» завершать такой жуткой, прямо-таки химической прозой. Окситоцин окситоцином, а музыка и поэзия никуда тоже не деваются:
…О любви в словах не говорят, О любви вздыхают лишь украдкой, Да глаза, как яхонты, горят. Поцелуй названья не имеет. Поцелуй не надпись на гробах. Красной розой поцелуи веют, Лепестками тая на губах. От любви не требуют поруки, С нею знают радость и беду. «Ты моя» сказать лишь могут руки, Что срывали черную чадру.