Опасность состоит в том, что эти базовые ценности можно модифицировать и даже полностью поменять на другие. Именно к этому и стремятся те, кто в ходе процесса так называемых реформ превращают большой, сильный, талантливый, творческий, умелый народ в ведомый, управляемый электорат.

Есть ценности и приверженность ценностям, а есть – действие! Приверженность может быть условно пассивной: вы стараетесь жить и в личной жизни поступать в согласии со своими ценностями. Но может пробудиться и проактивная позиция: борьба за право следовать своим ценностным установкам, борьба с попытками внедрить чуждые ценности. Это и есть действие! У меня такое ощущение – опасение,  – что мы, русские, утратили что-то, что делает народ способным к действию. Мы откликаемся – мыслями, переживаниями, словами, текстами и пр., на какие-то тревожащие нас события, факты. Мы с чем-то не согласны, но действовать – не готовы. А народ бездействующий, народ созерцательный исчезнет! Потому что есть другие народы – действующие. Этим народам нужны ресурсы – не только те, что лежат в недрах или в золотых слитках, а – люди, народы. Они знают, что чужие народы можно превратить в свои ресурсы. Русский народ сегодня во многом уже стал ресурсом для отечественной и международной олигархии. Продолжается работа по изменению его свойств, по приданию нужных характеристик и стиранию ненужных.

Но я не хочу этого! Я не хочу, чтобы русский народ был чьим-либо ресурсом, кроме ресурса самого себя – народа в целом, народа – хозяина своей судьбы. Вот и размышляю, делюсь этими размышлениями. Как поделился ими наш великий композитор Георгий Васильевич Свиридов: «Я русский человек! И дело с концом. Что еще можно сказать? Я не россиянин. Потому что россиянином может быть и папуас. Во мне течет русская кровь. Я не считаю, что я лучше других, более замечательный. Но вот я такой, как есть,  – русский человек. И этим горжусь… Надо гордиться, что мы – русские люди!»

И снова – созвучие мыслей… А уж что музыка Свиридова делает с моей русской душой – тут слов не найти. 

Рыбалка

Я-то как раз совсем не рыбак, но для миллионов граждан это дело почти святое! Я, конечно, тоже несколько раз в жизни ловил рыбу. Есть даже фотография, на которой я в возрасте лет пяти стою на берегу речки с самодельной удочкой… Я помню это событие, но удалось ли мне тогда что-нибудь поймать – не помню. Было еще два-три таких случая. Расскажу об одном из них.

На рыбалку меня пригласил школьный товарищ. Сам он заядлым рыбаком не был, а вот его старший брат слыл специалистом. Мы приехали ранним летним утром на берег водохранилища, на котором все мы бывали не раз: я  туда ездил купаться и загорать, они – рыбачить. Так что место для ловли рыбы было известно заранее: небольшой пустующий причал. Вернее, причальчик: он был так мал, что троим можно было сесть только вплотную друг к другу. Мне вручили удочку, помогли насадить червячка и наказали сидеть тихо, не мешать другим и следить за поплавком.