Сейчас, когда я скорее старый, чем не старый, когда у меня уже взрослые дети – и сын и дочь,  – я понимаю и чувствую всем своим существом, что каждый из них одинаково мощный, ценный, наполненный канал связи меня с будущим…

Нет, что-то не то говорю… Не туда меня ведет «свободный ум»… Как-то упрощаю, технологизирую то живое и сложное, что чувствую, свожу к механике.

Но готов ли я к обнажению чувств, к исповедальным интонациям в этой книге? Снова нет, как и в случае с матерью. Не нахожу это уместным: где-то есть неясная граница между искренностью и вынесением интимного на всеобщее обозрение. И поскольку дочь для меня не является абстрактным понятием, а существует в единственном виде – в виде моей «конкретной» дочери,  – я эту незримую границу хорошо ощущаю и преступать ее не буду. Дочь – это моё: сокровенное, прекрасное, тайное, жизненно важное…

И хватит об этом.

Сын… Да-да, важнейшая часть триады смысла жизни, той самой, в которой «построить дом, посадить дерево и вырастить сына»… Кажется, это перепев фразы из  Талмуда: «Человек должен сначала построить дом и посадить виноградник, а потом жениться». А может, и из чего-то иного – точно не знаю, да это и не так важно. Не так важно и другое: сына вырастить или дочь. И то и другое равно замечательно. Совсем хорошо, когда есть и сын, и дочь, как у нас с женой и сложилось.

Но про сына принято говорить как о продолжателе рода – такова традиция патриархального мира, формирующегося вокруг идеи собственности и ее наследования по мужской линии.

В главе «Дочь» я  пояснил, что не хочу (и не могу) абстрактно говорить о дочери вообще, потому что накрепко всеми своими мыслями и чувствами привязан с собственной дочери. С сыном вроде бы то же самое, но отвлеченное понятие сына вообще гораздо более широко распространено и укоренено в культуре. Тут и «сын Божий» и «сынки»  – как обращение к последующему поколению… «Доченьки», впрочем, тоже используется…

Спрячусь за иронию и расскажу одни старый анекдот. Перескажу его в армейском варианте, но в собственной редакции.

Собираясь в  Офицерское собрание, подполковник спрашивает поручика Свистунова:

–  Господин поручик, а не расскажите ли вы мне какую-нибудь шутку или анекдот: тщусь друзей в  Собрании позабавить. Вы человек молодой, наверняка что-нибудь свеженькое у вас имеется.

–  Постараюсь, господин майор… Ну вот, скажем, загадка. Подойдет?

–  Загадка? Отлично, очень даже подойдет!

–  Загадка такая… Кто таков: моего отца сын, а мне не брат?

–  Хм… Звучит волнительно… И каков же ответ?