О негативных сторонах социализма и их последствиях написано и без меня, причем в несоразмерных с этими последствиями количествах и с гипертрофированной пропагандистской страстностью. Поэтому я об этом говорить не буду, равно как и не буду полемизировать с многочисленными агитаторами, живописующими «ужасы тоталитарного режима». Я же говорю о прелестях и преимуществах «тоталитарного режима», коль скоро кому-то охота использовать это словечко, придуманное, кажется, Ханной Арендт для запихивания в один идеологический короб нацистского режима, расцветшего в ее  Германии, и советского строя, разгромившего и уничтожившего этот самый абсолютно чуждый и враждебный ему национал-социализм Третьего рейха.

Я настаиваю на позитивной коннотации понятия «социализм» именно благодаря опыту его строительства в СССР. Этот опыт показал уникальные возможности социализма, продемонстрировал многие черты возможного общества будущего. Показал иную модель развития человечества, альтернативную инерционному западному движению в сомнительном направлении с тревожной перспективой. Этот опыт выявил также и ограничения советской модели социализма, неспособность ее решить ряд исторических задач, приведшую к остановке самого опыта в форме распада СССР и погружения страны в период трагического поиска своего места в мире. Не повторяя здесь высказанные ранее рассуждения на сей счет, упомяну свою статью «Обдумывая уроки СССР», опубликованную в №  14 альманаха «Развитие и экономика» в  2015 году.

Крах социализма в СССР не означает ошибочности самой идеи социализма, не означает запрета или невозможности поиска путей построения общества социальной справедливости. Неудача, постигшая нас, может стать удачей. Но для этого надо захотеть еще раз попробовать построить социализм, проанализировать собственный и мировой опыт и решиться на новую попытку. Я бы этого хотел…

Во что я перестал верить, обретя опыт строительства социализма и опыт его разрушения,  – в неотвратимость смены общественно-экономических формаций, в неизбежность прихода и победы социализма (и вслед за ним – коммунизма). На этой неизбежности настаивали учебники исторического материализма, которые все мы изучали в школах и университетах. Утверждалось, что эта смена – следствие объективных (то есть не зависящих от воли людей) законов общественного развития. Возможно, закономерности общественного развития и существуют… Постфактум, оглядываясь на прошедшее и описывая его, обращая внимание на те или иные характеристики обществ, можно выстроить логически обоснованную закономерность, что и сделали Маркс и марксисты. Но экстраполяция этой закономерности в будущее, предсказательная сила формул исторического материализма, как мне кажется, невелика, степень точности этих предсказаний неудовлетворительна. Сквозь фон как бы объективных закономерностей с решающей силой пробиваются как бы частности, круто меняющие ход истории. Такое поведение сложной системы, каковой является любое общество, описывается гораздо более сложными закономерностями, нежели прямые или кривые, но определенные причинно-следственные связи. Развитие современной нелинейной динамики, теории систем, синергетики открыло нам более глубокое понимание мира неустойчивостей, бифуркаций, непредсказуемостей. Похоже, что общественное развитие – нелинейный мир, в котором система переходит в иное состояние непредсказуемым заранее образом: в  лучшем случае мы можем знать набор возможных состояний, но в каком из них окажется система, мы знать не можем. При этом никакие объективные законы природы, законы физики не отменяются и не нарушаются. Мы лишь научились (в рамках нелинейной физики) работать на ином уровне сложности. В социальных науках такого аналитического уровня пока не достигнуто, да и неясно, возможно ли его достигнуть. Но зато там была высказана (Гегелем и  Марксом) глубокая мысль о «диалектическом снятии». Применительно к процессу смены формаций это означает, что социализм должен «вырасти» из капитализма. Видимо, следует ожидать, что следующая попытка перехода от русского капитализма к русскому социализму осуществится путем такого «снятия», сохранения всего хорошего из старого, встраивания его в еще лучшее новое.