Каракалла мало того, что спокойно наблюдал за этой драмой, но сразу же приказал матери вести себя как обычно, ничем не выдавая своего горя, поскольку он намеревался объявить Гету заговорщиком и изменником, смерти которого всем положено радоваться. За Домной с этого момента стали присматривать, даже цвет её лица учитывался в докладах Каракалле.
Сразу же после убийства Геты, Каракалла выскочил из покоев матери и с криками помчался на пост охраны, где заявил страже, что едва избег смертельной опасности. Он приказал преторианцам вести его в их лагерь, поскольку только там он может чувствовать себя в безопасности. Ошеломлённые солдаты повиновались. Прибыв в Преторианский лагерь, Каракалла бросился в храм, где истово возблагодарил богов за спасение своей жизни от неминуемой смерти. Узнав о событиях, преторианцы начали сбегаться на сходку. Каракалла вышел на трибунал и объявил, что подвергся нападению злодея брата и его приспешников, но благодаря помощи богов, сумел отбиться и прибыл сюда в надежде на помощь верных преторианцев. Император распорядился немедленно выдать преторианцам по 2500 денариев и в полтора раза увеличил им ежегодное жалование. «Я один из вас — говорил он, — и лишь ради вас я намерен жить, дабы угождать вам, ибо все [мои] сокровищницы принадлежат вам».
А еще он заявил следующее: «Более всего я желаю провести жизнь вместе с вами, а если это невозможно, то вместе с вами умереть. Ведь я совсем не боюсь смерти и мечтаю встретить ее в бою. Ибо мужу надлежит погибнуть в сражении и никак иначе» [
Мы вновь видим пошлую покупку власти у преторианцев очередным претендентом на престол. Видимо, судьба преторианцев 193 года уже подзабылась их преемниками. Конечно, преториацы поняли, что Гета убит, но что им в данной ситуации было делать? В конце концов Каракалла был законным императором, а Гету уже не вернёшь.
Переночевав в храме в лагере, утром 27 февраля Каракалла собрал сенат и отправился в курию в сопровождении большого количества преторианцев. На нём был надет панцирь, который не очень хорошо скрывала сенаторская тога. Вместе с императором в курию вошли преторианцы, которые двумя рядами отгородили Каракаллу от сидений сенаторов. Принеся жертвы и усевшись на своё место, Каракалла сделал несколько заявлений. Во-первых, по словам Петра Патрикия, он попросил извинения у сенаторов, но только не за то, что убил родного брата, а за то, что у него болит горло и он не готов к долгой речи. Во-вторых, то и дело срываясь на крик, Каракалла заявил, что вчера вечером брат устроил на него покушение, но, благодаря богам, он отбился и в ходе схватки убил Гету. В-третьих, сенаторы должны быть благодарны, что у них остался единственный император, причём — лучший. В-четвёртых, уже на выходе, обернувшись к сенаторам, император бросил: «У меня к вам важное объявление. Пусть на радость всему миру возвратятся все изгнанники, за какие бы преступления они ни были осуждены и каким бы ни был вынесенный им приговор, за исключением тех, кто был сослан моим дядей, вашим отцом» [