Тем не менее, Адвент сохранил расположение Макрина и в 218 году разделил с ним консульство, а после смерти последнего оставался вторым консулом в том же году уже с Гелиогабалом [
При Гелиогабале карьера Адвента снова начала расцветать, и можно сделать обоснованное предположение, что его опыт и нейтральность сыграли свою роль в выборе новых властей.
Сам Макрин не мог приехать в Рим, поскольку на Востоке опять разгоралась война. Здесь тоже есть одна важная проблема. Она заключается в том, что мы не знаем точных её сроков. Принято считать, что Макрин действовал в условиях цейтнота, поскольку мощное войско Артабана, состоявшее из огромного числа конных лучников, катафрактов и бронированных всадников на верблюдах, быстро приближалось. Эта датировка базируется на данных Геродиана, который описывает начало этой войны временем вскоре после 11 апреля 217 года.
На момент убийства Каракаллы, римляне ещё не знали о наступлении парфян. В противном случае, Каракалла уже начал бы концентрировать армию, а он этого не делал. Тем более, он не поехал бы ни в какой храм, если бы парфяне уже подходили к римской границе. Вполне возможно, что в римском лагере узнали о парфянах через пару дней после гибели императора, что способствовало быстрому признанию армией Макрина. Быстро решив неотложные дела, Макрин собрал все силы и направился к Нисибису, главному городу Забдицены и столице римской провинции Месопотамия. Понятно, что за два-три дня стянуть все римские силы в один кулак было невозможно, поэтому невозможно принять дату битвы при Нисибисе, которую даёт Сивенне (11–13 апреля). Скорее всего, события под Нисибисом начались в конце апреля. Ведь только переход от Эдессы до Нисибиса занимает, как минимум, неделю. Даже если бы римляне выступили в поход уже 11 апреля, они не прибыли бы к Нисибису до 18-го, а реально они выступили, конечно, несколькими днями позже.
Битва при Нисибисе
К тому же, прибыв к Нисибису, Макрин не сразу вступил в бой, а затеял с Артабаном переговоры, которые продолжались ещё несколько дней. Правда, переговоры были безуспешны. Артабан был не в настроении договариваться после смерти своих детей и родственников. Хотя, Макрин сразу стал сдавать позиции. Так, он по своему почину отправил Артабану пленников и дружелюбное письмо, в котором он призывал Артабана к миру и возлагал ответственность за случившееся на Каракаллу. Видимо, только из этого письма Артабан узнал о смерти Антонина. Радость его была безмерна. Почувствовав слабину, Артабан не внял мирным призывам, а начал давить на Макрина, потребовав восстановить крепости и разрушенные города, а также полностью очистить Месопотамию и возместить причиненный ущерб, в том числе за поругание царских гробниц. Понятно, что Рим не мог пойти на такие уступки, но Артабан на это и не расчитывал, полагаясь на большие силы, которые ему удалось собрать и презирая Макрина как слабого правителя. Поэтому переговоры быстро зашли в тупик и стороны стали готовиться к битве.