Светлый фон
некому

Отсутствие единства элиты – давняя беда России, заметно сказавшаяся на ритме развития страны[44]. Оно проявлялось во время Смуты, в революциях начала ХХ века, а в недавнем прошлом сказалось во время «перестройки» и «радикальных реформ».

Российская (в том числе, советская) элита никогда не была единой по национальному происхождению, социальному составу, по мировоззренческим и ценностным установкам.

Полиэтничность правящей элиты – давняя российская традиция. Племенной состав дружины киевских князей представлял собой первый «киевский интернационал» [Солоневич. 1998, с.216]. Позже обзор этнического происхождения русских столбовых дворян показал, что в так называемой Бархатной книге собственно русских (т.е. великорусских) фамилий оказалось 33 процента. 24 процента фамилий имели польско-литовское (т.е. в значительной степени западнорусское) происхождение. Фамилий происхождения западноевропейского, немецкого нашлось 25 процентов, а татарского и вообще восточного происхождения – 17 процентов. Один процент фамилий остался не определен [Ключевский. 1995. Кн. 1, с.512]. Прием иностранцев и представителей народов, входящих в состав России, на государственную службу широко практиковался в царский период, а в советское время полиэтничность нашей государственной и культурной элиты прямо программировалась.

Бархатной книге

Сама по себе полиэтничность элиты не всегда дурна. Она может быть даже полезна для взаимного культурного обогащения руководимых ею народов. Однако полиэтничная элита нуждается в некоем объединяющем стержне – вере, учении, интересе, фигуре. Если такой стержень существует (государь, православие, марксистское учение, внешняя опасность), элита сохраняет способность к единым действиям. Если он «вынимается», элита рассыпается на отдельные группировки и становится недееспособной.

Разнородным во все времена был и социальный состав российской элиты в царское время. Начиная с сословных перетасовок Ивана Грозного, а далее благодаря реформам Петра I и Сперанского, в России сформировалась тенденция привлекать к управлению все более низкие социальные группы (о чем уже говорилось ранее).

Чрезвычайно пестрой по своему социальному происхождению оказалась и советская элита. В ней смешались потомки рабочих и капиталистов, крестьян и дворян, «пламенных революционеров» и «врагов народа». Образуя своеобразное «новое дворянство», представители этих социальных групп не успели выработать ни общего мировоззрения, ни общих ценностей, ни общих норм поведения. К тому же, это пестрое по социальному составу образование разделилось на отдельные слои под действием служебного и цивилизационного соблазнов.