В студии на Панфилова записывались классические альбомы ленинградского рока, а уже через месяц их можно было купить и в Тамбове, и во Владивостоке.

Андрей «Вилли» Усов: «Да всё делали по-взрослому, всё. Подсматривали, копировали, потом уже вызревало что-то свое. Ведь находились огромные альбомы, формата 30 см, в которых на каждой странице изображение великолепных оформлений мировой музыки. Вот эти книги мы изучили наизусть. Для меня это было как пища, я смотрел и понимал, что так нельзя идти по этому пути, надо что-то свое, и вот получалось „Радио Африка”, „Треугольник”. Что-то свое, самобытное».

Михаил Файнштейн: «Вообще все записи тогда происходили в чисто дружественной обстановке. Вплоть до того, что недопустимо, скажем, в профессиональных делах. Я не мог прийти – я просил, там, Сашу Титова сыграть на басгитаре. И так всё. То есть вот так как коммерческой основы не было, реально полет души, показать людям, что мы делаем, чисто дружески. Тропилло там на каких-то дудках играл».

Константин Кинчев: «Тропилло я по сей день благодарен вообще за многое: за альбом „Энергия”, за то, что он поверил в нас как в коллектив».

Параллельно с Андреем Тропилло подпольную звукозапись осуществлял в Театральном институте на Моховой Игорь Гудков, более известный как Панкер. В частности, там записали и свели альбом группа «Зоопарк», первые композиции бит-квартета «Секрет» и Константина Кинчева, еще без «Алисы».

Игорь «Панкер» Гудков: «Первая запись, которая там была, – это Майковский альбом „55”. Мы его писали летом, сессия закончилась, была подготовка к вступительным экзаменам, здание закрыто, нам никто не мешал. Там был пульт, там были магнитофоны СТМ, по тем временам лучше никто не знал. Притом там было три магнитофона, что позволяло делать запись наложением. Можно было дубль делать».