До Тбилиси большинство музыкантов были вполне прилично устроены и без особого напряжения совмещали обязанности инженеров и научных сотрудников с музыкальной деятельностью. Теперь надо или решительно завязывать с музыкой, или переходить в подполье.
«Аквариум», а потом и «Зоопарк» выбирают третий путь. Они становятся первыми в стране рок-музыкантами, которые обретают всесоюзную славу благодаря нелегальному распространению своих альбомов. В мае 1980-го БГ выгнали с работы, а уже в октябре в студии Трапилло «Аквариум» начинает записывать «Синий альбом».
Улица Панфилова, 23, Охта, Дом пионеров, радиотехнический кружок. Руководил им Андрей Тропилло. Здесь были записаны классические альбомы «Аквариума» начала 80-х, здесь писался Майк с «Зоопарком» и здесь же был записан позже первый альбом «Алисы». Именно отсюда слава этих групп распространилась вместе с записями по всему Советскому Союзу.
Это Тропилло предложил Гребенщикову записаться на вполне профессиональном аппарате, списанном с фирмы «Мелодия».
Андрей Тропилло: «Была такая историческая встреча в студии. Я говорю: „Борь, давай мы сделаем канон русского рока, чтобы потом люди могли слушать и понимать, как идти дальше”. Он говорит: „Давай”. И вот, честно говоря, мы этому слову до сих пор не изменили. И такая канонизация произошла».
Андрей Тропилло:
«Была такая историческая встреча в студии. Я говорю: „Борь, давай мы сделаем канон русского рока, чтобы потом люди могли слушать и понимать, как идти дальше”. Он говорит: „Давай”. И вот, честно говоря, мы этому слову до сих пор не изменили. И такая канонизация произошла».
Борис Гребенщиков: «Русский рок… для меня в меньшей степени концерт, в большей степени то, с чем человек живет с утра до ночи. И я всегда к этому шел. Когда мы записали «Синий альбом» и был в руках артефакт – катушка пленки, обклеенная фотографическими обложками, синей бумажкой, и я это потащил к богатым людям из «Машины, времени» в ресторан, где они меня угощали. Они вскочили с мест и с восхищением на нее смотрели, потому что это было то, чего они не сделали. И вот в этом смысле мы были номером один, потому что мы первые это сделали».
Борис Гребенщиков:
«Русский рок… для меня в меньшей степени концерт, в большей степени то, с чем человек живет с утра до ночи. И я всегда к этому шел. Когда мы записали «Синий альбом» и был в руках артефакт – катушка пленки, обклеенная фотографическими обложками, синей бумажкой, и я это потащил к богатым людям из «Машины, времени» в ресторан, где они меня угощали. Они вскочили с мест и с восхищением на нее смотрели, потому что это было то, чего они не сделали. И вот в этом смысле мы были номером один, потому что мы первые это сделали».