Деникин к этому времени, получив долгожданную помощь от союзников, уже сам пришел к подобным выводам: «вскоре мы узнали, что есть… «две Англии» и «две английские политики»[3778]. «Очевидно, что теперь, как и прежде, англичане руководствуются в своих отношениях к России не сентиментальными отношениями и не симпатиями, — пояснял кн. Трубецкой, — а холодным прозаическим расчетом»[3779]. И не только англичане, замечал помощник Деникина ген. Лукомский: «Мы тогда не отдавали себе отчета в том, что французское командование смотрит на районы, в которые вводит свои войска, как на оккупированные, и не допускает в них какого-либо иного влияния»[3780].

Французы, высадившись в Одессе, просто запретили Деникину входить в зону своих интересов[3781]. «Другими словами, — пояснял Лукомский, — получилась просто обыкновенная оккупация французскими войсками одесской зоны, со всеми отсюда проистекающими последствиями. Ни о какой совместной работе французского командования и представителя генерала Деникина в Одессе не приходилось, и говорить»[3782]. Предоставление помощи Деникину и атаману войска Донского Краснову французы обусловили требованием: признать, «как высшую над собою власть в военном, политическом, административном и внутреннем отношении…, власть французского главнокомандующего генерала Франше д’Эспере»[3783]. Великобритания запретила деникинским частям входить на территорию Закавказья, в сферу своих интересов. Комментируя этот факт, Лукомский отмечал: «Командование Добровольческой армии отлично понимало, что Великобритания, приняв на себя протекторат над Персией и заинтересованная в беспрепятственном получении нефти из Баку через Батум, стремится установить и поддержать в Закавказье полный порядок, и что одной из мер для этого является поддержание образовавшихся в Закавказье республик»[3784]. Только за 9 месяцев пребывания в Баку англичане вывезли 450 тыс. т. марганца, 500 тыс. т. нефти[3785].

Французы, высадившись в Одессе, просто запретили Деникину входить в зону своих интересов[3781]. «Другими словами, — пояснял Лукомский, — получилась просто обыкновенная оккупация французскими войсками одесской зоны, со всеми отсюда проистекающими последствиями. Ни о какой совместной работе французского командования и представителя генерала Деникина в Одессе не приходилось, и говорить»[3782]. Предоставление помощи Деникину и атаману войска Донского Краснову французы обусловили требованием: признать, «как высшую над собою власть в военном, политическом, административном и внутреннем отношении…, власть французского главнокомандующего генерала Франше д’Эспере»[3783].