Характер карательных экспедиций 1932 г. передавал отчет инструктора ЦИК, прибывшего в один из зерновых районов на Нижней Волге: «Арестовывают и обыскивают все: и члены сельсоветов, и уполномоченные, и члены штурмовых бригад, и вообще всякий комсомолец, кому не лень. За этот год осуждено судами в районе 12 % хозяйств, не считая раскулаченных высланных хозяйств, оштрафованных и т. д. По подсчетам бывшего здесь пом[ощника] краевого прокурора, Васильева, за год репрессировано 15 % взрослого населения[1382].
Но, несмотря на эти меры к середине октября 1932 года общий план главных зерновых районов страны был выполнен только на 15 % — 20 %. В течение только одного месяца «борьбы против саботажа» — ноября 1932 года — 5 000 сельских коммунистов, обвиненных в «преступном сочувствии» «подрыву» кампании хлебозаготовок, были арестованы, а вместе с ними — еще 15 000 колхозников Северного Кавказа. В декабре началась массовая депортация не только отдельных кулаков, но и целых сел. На Дону с ноября 1932 по январь 1933 г. были исключены из партии 40 000 чел. На Кубани вычистили более 50 % парторгов в колхозах и 45 % членов партии. На Украине к концу 1932 г. были сняты с должности почти 20 % колхозных председателей[1384]. В 1932/33 г. был впервые введен порядок изымать зерно у колхозов и хранить его на элеваторах.
Показательным стал закон 7.08.1932 о «краже или расхищении колхозной собственности», получивший известность, как «указ о пяти колосках», поскольку по нему, виновный в сборе на колхозных полях оставшихся после уборки колосков, мог быть приговорен к расстрелу или получить до 10 лет тюрьмы. В первой половине 1933 г. по этому закону было приговорено к расстрелу 2100 человек, в 1 тыс. случаев приговор был приведен в исполнение, остальным заменен разными сроками лишения свободы. Применение амнистии по этому указу было запрещено. В целом по СССР по этому закону было осуждено 103 тыс. чел. из них приговорено к высшей мере наказания 6,2 % (более 6 тыс.), а к 10 годам лишения свободы — 33 %. Из общего числа осужденных 62,4 % приходится на колхозников, 9,4 % — на работников совхозов, 5,8 % — на единоличников[1385].
Показательным стал закон 7.08.1932 о «краже или расхищении колхозной собственности», получивший известность, как «указ о пяти колосках», поскольку по нему, виновный в сборе на колхозных полях оставшихся после уборки колосков, мог быть приговорен к расстрелу или получить до 10 лет тюрьмы. В первой половине 1933 г. по этому закону было приговорено к расстрелу 2100 человек, в 1 тыс. случаев приговор был приведен в исполнение, остальным заменен разными сроками лишения свободы. Применение амнистии по этому указу было запрещено. В целом по СССР по этому закону было осуждено 103 тыс. чел. из них приговорено к высшей мере наказания 6,2 % (более 6 тыс.), а к 10 годам лишения свободы — 33 %. Из общего числа осужденных 62,4 % приходится на колхозников, 9,4 % — на работников совхозов, 5,8 % — на единоличников[1385].