При этом «оппозиция никогда не бралась «в кратчайший срок догнать и перегнать» капиталистический мир. Мы, — подчеркивал Троцкий, — требовали ускорения индустриализации… Но мы никогда не считали ресурсы индустриализации безграничными, и темп ее — зависящим только от кнута бюрократии… Коллективизацию мы всегда ставили в зависимость от индустриализации. Социалистическую перестройку крестьянских хозяйств мы мыслили не иначе, как в перспективе десятилетий. Мы никогда, поэтому, не требовали ликвидации классов в рамках пятилетки Сталина — Кржижановского. Мы требовали ограничения эксплуататорских тенденций кулака и планомерного урезывания его накоплений в интересах индустриализации»[1402].

В 1930-м году Троцкий и его сторонники требовали снижения темпов индустриализации и коллективизации: «Надо прекратить призовые скачки индустриализации, пересмотреть темпы на основе опыта и теоретического предвиденья, согласовать коллективизацию с техническими и прочими ресурсами, подчинить политику по отношению к кулаку реальным возможностям»[1403].

Троцкисты выступали: за продолжение политики НЭПа; за сохранение рыночных — «восстановительных» цен на сельхозпродукты[1404]; за расширение концессии для иностранцев[1405]; за оплату долгов царского правительства, ради привлечения иностранных инвестиций[1406]; за закрытие крупных заводов таких, как Путиловский, Брянский и т. д., как не приносящих прибыли; за сохранение монополии внешней торговли; за сохранение золотого стандарта рубля, поскольку без «золотой базы денежная система СССР…, имеет по необходимости замкнутый характер». «Платформа оппозиции (1927 г.) требовала: «Обеспечить безусловную устойчивость денежной единицы». Это требование проходит лейтмотивом через дальнейшие годы. «Железной рукой приостановить процесс инфляции — писал заграничный орган оппозиции в 1932 г. — и восстановить твердую денежную единицу», хотя бы ценою «смелого сокращения капиталовложений»»[1407].

«Бухаринская альтернатива» основывалась на проведении сбалансированной индустриализации[1408], с опорой на кулака, «крепкого крестьянина» и форсированное аграрное развитие. Свою программу Бухарин опубликовал в сентябре 1928 г. в статье «Заметки экономиста»: «Неправильно исходить из требования максимальной перекачки средств из сферы крестьянского хозяйства в сферу индустрии, — пояснял он, — ибо это требование означает не только политический разрыв с крестьянством, но и… нарушение равновесия всей народнохозяйственной системы»[1409]. Правая оппозиция выступала против сталинского понятия дани, которую город берет с деревни в целях индустриализации[1410].