Остроту этой проблемы наглядно демонстрировал тот факт, что именно требование растущим избыточным крестьянским населением «Земли», привело к революциям 1905 и 1917 гг., и предопределило падение, как царского, так и Временного, и всех последующих «белых» правительств[1561]. «Земельный вопрос, — отмечал этот факт ближайший сподвижник Колчака Г. Гинс, — есть основной вопрос всей русской революции»[1562]. «Необычайные происшествия последних двух лет в России, колоссальное потрясение общества, которое опрокинуло все, что казалось наиболее прочным… являются, — приходил к выводу в 1919 г. Дж. Кейнс, — гораздо более следствием роста населения, нежели деятельности Ленина или заблуждений Николая…»[1563].
Национализация земли и огромные потери населения во время мировой и гражданской войн, лишь отсрочили разрешение проблемы. «Я полагаю, что бедность России до войны вызывалась в значительной мере чрезмерным увеличением населения, чем какой-либо другой причиной. Война и Революция вызвали уменьшение населения. Но теперь…, — предупреждал в 1925 г., в своем выступлении на Пленуме ВСНХ СССР, Кейнс, — опять наблюдается значительное превышение рождаемости над смертностью. Для экономического будущего России — это большая опасность. Одним из важнейших вопросов государственной политики является
Численность населения действительно быстро восстанавливалась: с 1923 по 1939 гг. СССР имел самые высокие темпы естественного прироста населения среди всех Великих держав мира: с 1923 по 1929 гг. — 2 % в год, а с 1923 по 1939 гг. — 1,37 %, что было почти в 2 раза выше, чем у Германии — 0,77 %, в 4-ре, чем у Англии — 0,37 %; у Франции — 0,1 %[1565]. К 1939 г. население СССР, по численности, было сопоставимо с населением всей Западной Европы. Один его прирост был сопоставим с населением всей Франции (Гр. 15).
На Россию давит «растущая масса людей, оккупировавшая седьмую часть земной поверхности…, — отмечал уже в 1922 г. Кейнс, —