До 1937 г. пыток не было, в 1933 г. для надзора за следствием была даже создана Прокуратура. 15 сентября 1934 г. на заседании Политбюро были рассмотрены заявления лиц, осуждённых по делу т. н. «Тракторцентра» и жаловавшихся на применение недопустимых приёмов следствия. По предложению Сталина была создана комиссия по проверке работы органов НКВД, перед которой ставились задачи: «освободить невинно пострадавших, если таковые окажутся. Очистить ОГПУ от носителей специфических «следственных приёмов» и наказать последних, невзирая на лица»[2180].

Применение физического воздействия в практике НКВД было допущено с 1937 г., только с разрешения ЦК ВКП(б)[2181]. Однако, как отмечают биографы Ежова Янсен и Петров, они почти сразу же стали применяться бесконтрольно: «Следственные методы были извращены самым вопиющим образом, массовые избиения огульно применялись к заключенным с тем, чтобы получить от них фальшивые показания и «признания»»[2182].

Прямые указания высшего партийного руководства, требовавшего разоблачения «врагов народа», в кратчайшие сроки любыми средствами, и общий психологический фон привели, по словам В. Молотова, к настоящей «эпидемии репрессий». Молотов обвинил в их масштабах НКВД: «чекисты перестарались»[2183]; «органам нужно было показать, что они работают»; контроль за органами «был недостаточный»; «фактически… дело шло на доверии к органам»[2184].

Сыграл свою роль и «партийный карьеризм», добавлял Молотов: «карьеризм имеет громадное значение, все растет, одна из главных наших современных болячек»[2185]. Карьеризм, в существовавших условиях, по сути, стал своеобразной формой коррупции, открывавшей дорогу к новым званиям, чинам, наградам, и всем благам с ними связанным. В конечном итоге, существовавшая система, приходит к выводу Ю. Емельянов, «не могла не привести к их (чекистов) профессиональной, а затем и моральной деградации, «выбивание показаний» стало правилом»[2186].

Применение пыток, за исключением особых случаев, будет запрещено в январе 1939 г.[2187], окончательный запрет последует 4 апреля 1953 г. — через месяц после смерти Сталина, приказом Берии: «О запрещении применения к арестованным каких-либо мер принуждения и физического воздействия»[2188].

Применение пыток, за исключением особых случаев, будет запрещено в январе 1939 г.[2187], окончательный запрет последует 4 апреля 1953 г. — через месяц после смерти Сталина, приказом Берии: «О запрещении применения к арестованным каких-либо мер принуждения и физического воздействия»[2188].