И это «озверение», наряду с надломом экономики и напрасной тратой производительных сил страны, – тяжелейшее последствие военной истерии. Разве сейчас, в 2020 году, мы не замечаем, как многие россияне «озверевают»? Любое инакомыслие, отклоняющееся от «патриотической» линии, любые антивоенные акции, призывы против вмешательства в зарубежные конфликты воспринимаются как враждебное действие в ущерб нашему государству…

А впереди ещё одно тяжелейшее испытание: ущерб экономике после коронавирусной эпидемии, а значит и ухудшение благосостояния населения. Как будем выкарабкиваться из этой ситуации с багажом «озверевания», кого будем винить в своих бедах?

«Близится эра светлых годов…»

«Близится эра светлых годов…»

«Работа, беспокойство, труд и нужда есть… доля почти всех людей в течение всей жизни. Но если бы желания исполнялись, едва успев возникнуть, – чем бы тогда наполнить человеческую жизнь, чем убить время?»

Вновь на Московском инструментальном

Вновь на Московском инструментальном

Едва сняв гимнастёрку и солдатские сапоги, я принялся искать работу. Без раскачки, без гулянки с девочками и дружками, как, дабы избавиться от армейских воспоминаний, обычно практиковали многие дембели. У меня уже были мысли о смене профессии, даже печатались мои крохотные заметки, но пока я был специалистом только по холодной обработке металла.

По советским законам на МИЗе меня после армии были обязаны принять на прежнюю должность. Но я решил сначала поискать счастье на стороне. Может, где повыше зарплату предложат (на оборонных предприятиях, например) или найдётся должность поинтереснее? Захотелось также поднабраться новых впечатлений – ведь собирался заняться литературным трудом.

В те времена не было специальных рекламных изданий о трудовых вакансиях. В многомиллионной столице лишь одной-единственной газете – «Вечерней Москве» разрешалось в массовом порядке печатать объявления. Но там выбор был невелик и случаен. Зато на каждом заводском заборе висели гигантские объявления «Требуются». В основном требовались токари, фрезеровщики, шлифовщики и прочие станочники. Даже «почтовым ящикам», то есть предприятиям оборонных и наиболее продвинутых научно-технических отраслей. Лишь изредка мелькали инженерные должности. Однако только не для «ящиков» – попасть туда просто так, с улицы практически было нереально.