Когда она вышла из палаты, кто-то из больных сказал:

– Ну, ты даешь! С ней так и профессора-то не говорят, это же не женщина, подполковник.

– В каком смысле?

– В прямом, с войны пришла в этом звании.

Звали заведующую Валентина Александровна Барщевская. Старожилы района до сих пор поминают её добрым словом. Тогда поразили в ней властность, стремительная походка, подчеркнутая строгость и любовь к порядку, сочетавшиеся с любовью к больным.

Видя ее в идеально отутюженном белом халате, ослепительной шапочке, невольно думалось, что она родилась врачом. Она по этому поводу шутила, что медиком стала случайно, не хватило десяти рублей для возвращения ни с чем в Ярославль. Ей не предоставили места в общежитии, а на съем квартиры не было ни рубля. Она вспоминает с улыбкой, как темной осенней ночью сидела на ступеньках у входа Московского второго медицинского института и хотела спать, но не было сил уснуть. Вахтер в дверях несколько раз выглядывал через стекло, пока наконец не решился выйти. Он возник перед Валентиной неожиданно:

– Что это вы, барышня, засиделись тут?

– А мне в институт надо, – робко ответила она.

– До открытия еще далеко, шли бы вы лучше спать.

Пришлось открыться незнакомому человеку и про отсутствие мест в общежитии, и нехватку денег, и о попытке скоротать ночь на вокзале.

Дрогнуло сердце вахтера:

– Заходи-ка в вестибюль, здесь и переспишь, завтра ведь целый день учиться.

К счастью, через пару дней примчался в город отец, который привез немного денег, чтобы снять для дочери угол в столице, а уж на житье-бытье приходилось подрабатывать вечерам, иногда даже разгрузкой вагонов. Чтобы так добиваться знаний, надо мечту выстрадать.

С началом Великой Отечественной войны в звании капитана медицинской службы она ушла на фронт, став врачом танкового полка. О женщине на войне сказано много, но невозможно сказать все, ибо не женское это дело. В рукопашной Валентина Александровна не бывала, но фронтового лиха хлебнула через край. Чаще всего вспоминается ей один эпизод фронтовых будней. Она везла на машине раненых с передней линии. Неожиданно из-за верхушек деревьев показался вражеский «Юнкерс». Он летел на бреющем полете настолько низко и близко, что она даже разглядела лицо летчика. Дав несколько очередей, пилот пошел на второй заход.

– Гони, скроемся за поворотом, – закричала она шоферу. Он вместо выполнения команды выскочил из кабины и бросился в спасительный лес.

– Стой! – успела прокричать она.– Гад, ну, гад, – сквозь слезы кричала она, не ожидавшая такой трусости и подлости: ведь в машине оставались беспомощные люди. Она бросилась к раненым. Вытаскивали их из машины вместе с оставшимся на месте инструктором. Оттащили и этим спасли, на втором заходе немец разбомбил машину вдребезги. Но мало спасти, надо еще и доставить раненых по назначению. Намучилась она тогда вдосталь, но задание выполнила и получила самую высокую боевую награду – орден Красной Звезды. Вот откуда корни властности и любви к порядку.