Повторная поездка в Мышкин не состоялась.

Письмо сто двадцать шестое

Письмо сто двадцать шестое

Дорогой Толя, пожалуйста, не переживай, все мною получено, вплоть до какого-то гонорариилка. Все получено! И книга с очерком. Ты молодец, что помнишь о Викулове и Клыкове. А вот я уже в газетах и книгах подзапутался. Много всего! Не помню, писал ли о затее нашего губернатора Позгалева возродить д. Тимониху за счет казачества (уже выделена земля и собирается выделить лес на строительство).

Швыдкого и Церетели надо казнить. Постоянно и внятно, как жутких прохвостов. Да, братец, тошно об этом!

И не оставляй меня впредь от твоих толстых бандеролей. Да, повторяю, ты молодчага!

Передай привет Гале, сыну и Рыбникову. Авось, писарчуки от нас отвалятся. Я на это рассчитываю во всяком случае.

У тебя почерк не лучше моего. Прости и меня за каракули. Их надо читать с такой же лупой, какая у меня. Привет от Оли.

Кончаю письмо. До свидания. Июль 2006 года.

Белов.

На конверте стоит дата получения мною этого письма – 31 июля 2006 года.

Вместе с письмом я получил в этот день еще и бандероль, в которую Василий Иванович умудрился вложить для меня неожиданный подарок – большую лупу с красивой черной ручкой. То был намек на мой неряшливый и торопливый почерк. Я видел эту лупу на столе писателя. Он пользовался ею постоянно, так как с ухудшающимся зрением все труднее было читать не только письма с плохим почерком, но и газеты с мелким шрифтом. Оторвать от себя этот спасительный инструмент – значит, осложнить чтение. Но Василию Ивановичу захотелось подтрунить надо мной, а заодно продемонстрировать непотерянное с возрастом чувство юмора.