Вы пишете о том, что переживали получение премии. Конечно, волнение понятно… Но это, пусть и запоздалая, однако, вполне заслуженная премия. Та давняя повесть «Привычное дело» перевернула литературу того времени и сколько родила новых имен, да за нее сотни премий Вам надо было дать. Так что не подачки это, а очень важное событие и в вашей жизни, и в литературном процессе нынешних грустных и тревожных времен.

…За окнами начал падать снег. Наконец-то! У меня в саду чуть не распустилась смородина. Не знаю, что будет с садом весной?

Как Вы там в Вологде зимуете? Живет ли Лидия Ивановна в Тимонихе? Кто присматривает за домом? Ведь могут залезть воры? У нас в поселке – сплошные кражи. Недавно обчистили Галину редакцию, она же редактор у меня, вот залезли к ней в кабинет и вытащили все компьютеры. Не воруют ли у вас в деревнях?

Жду Ваших вестей о Туговой горе, откуда Вы ее помните. Почему пишете о ней? Что нового у Валерия Страхова? Какие воспоминания сохранились об Отрошко О.П.».

В тот же день, когда пришло письмо, в обед позвонил на мой домашний борисоглебский телефон Василий Иванович. Трубку взяла жена. Мы собирались в гости к реставратору Александру Рыбникову, собирающемуся отметить 15-летие своей мастерской «Яблоко».

Мы разговорились.

– К Рождеству как готовитесь, Василий Иванович? – спросил я. – Мы едем в Варницы, в монастырь, на родину преподобного Сергия Радонежского. Там у меня знакомый игумен Силуан, мы давно дружим…

– А я сижу дома, – попечалился Белов.

– Чем заняты?

– Пьем.

– Не верю.

– Конечно, шучу, смеюсь. Безвылазно сижу в городе. Никуда не выбираюсь, даже в Москву не езжу.

– Мне Бабурин позвонил… Уговаривает меня приехать к Вам.

– Давайте. Я тут вам конфет дам, припасу… Как там дела у Бабурина?

– Готовимся к выборам.

– Пусть Бабурин возьмет меня депутатом…

– Мы вас поставим первым в партийном списке.

– Лучше Толю Заболоцкого.

– Он у меня бывает. Вернулся недавно с Афона. Летал туда с Крупиным. Тот теперь пишет книгу, а Заболоцкий собирается ее иллюстрировать.

– Хорошо, – подытоживает Белов беседу. – Ладно, больше говорить не буду, дорого платить за телефон.