Светлый фон

Период: середина девятнадцатого столетия

Правящая сила: Французская империя (на суше) / Великобритания (на море)

Крепнущая сила: Россия

Предмет споров: мировая империя, влияние в Центральной Азии и Восточном Средиземноморье

Исход: Крымская война (1853–1856)

 

В первой половине девятнадцатого столетия Россия укрепляла свое положение в Европе, неустанно присоединяя новые территории и наращивая военную мощь. Франция и Великобритания, будучи правящими силами мировой торговли и располагая колониями на Ближнем Востоке и в Южной Азии, особенно беспокоились вследствие регулярных попыток Санкт-Петербурга воспользоваться очевидным ослаблением и упадком Османской империи. Напряженность отношений привела к Крымской войне, которая подтвердила британский и французский приоритет и выявила скрытые от глаз проблемы развития России.

В первой половине девятнадцатого столетия Россия укрепляла свое положение в Европе, неустанно присоединяя новые территории и наращивая военную мощь. Франция и Великобритания, будучи правящими силами мировой торговли и располагая колониями на Ближнем Востоке и в Южной Азии, особенно беспокоились вследствие регулярных попыток Санкт-Петербурга воспользоваться очевидным ослаблением и упадком Османской империи. Напряженность отношений привела к Крымской войне, которая подтвердила британский и французский приоритет и выявила скрытые от глаз проблемы развития России.

 

Россия изрядно увеличила свою территорию после Русско-турецких войн (1806–1812 и 1828–1829), обезопасив протектораты в Восточной Европе и на Кавказе и обеспечив себе надежный доступ к Черному морю. Эти войны, наряду с военными кампаниями в Персии и Восточной Европе, способствовали значительному приросту территории Российской империи: в конце восемнадцатого и первой половине девятнадцатого столетия ее пополнили, целиком или частично, современные Финляндия, Польша, Грузия, Азербайджан и Армения, и Россия опасно приблизилась к опорным центрам европейской власти[824]. По мере роста территории Россия наращивала и свою армию, которая к 1820 году уже вдвое превосходила численностью армии Франции и Великобритании, а к 1853 году обошла обе, взятые вместе[825].

С каждым новым земельным приобретением росли опасения по поводу того, что Россия начнет угрожать глобальному балансу сил и превратит «больного человека» Европы, как царь охарактеризовал Османскую империю, в свой протекторат[826]. Адрианопольский договор 1829 года между Санкт-Петербургом и Константинополем убедил лорда Хейтсбери, британского посла в России, что Россия вскоре сделает османов «покорными воле царя и более податливыми, чем индийские раджи, подвластные Британской Ост-Индской компании»[827]. Именно поэтому Великобритания и Франция дипломатически поддержали османов в египетско-турецкой войне 1831–1833 годов, опасаясь, что ослабленная Османская империя может оказаться уязвимой перед русским давлением.