Во время моих посещений этого завода производителями в нем состояли старик Мимолётный, вороной Магомет и малютинский Кобзарь. О Мимолётном я уже достаточно говорил, а о последних двух скажу сейчас.

Магомет 2.28; 5.16¹/5 (Бережливый – Тень), вороной жеребец, р. 1890 г., завода Ф.А. Терещенко. Рост его равнялся двум аршинам четырем и пяти восьмым вершка. У жеребца была приятная, сухая голова, с небольшим ухом и очень добрым, хотя и несколько вялым глазом. Шея у Магомета была несколько тяжела. Жеребец отличался чрезвычайной сухостью и стоял на правильных ногах, которым можно было пожелать несколько лучшей кости. На езде был чрезвычайно хорош, имел воздушный ход и много огня и энергии. И этот свой ход весьма стойко передавал детям. Сначала Ситников им пользовался очень умеренно, давая четыре-пять кобыл в год, но потом Магомет стал получать большинство маток завода. К сожалению, недолго, так как завод вскоре был уничтожен. Полагаю, если бы Магомет поступил в завод вовремя и эксплуатировался более широко, то имел бы все шансы стать замечательным орловским производителем. Он дал семнадцать призовых лошадей, из них семь безминутных. Лучшими были Замёт 2.20, Заира 1.36,3, Арабка 2.24¼ и Птенец 2.25.

Кобзарь 4.50¾ (Луг – Красотка), гнедой жеребец, р. 1891 г., завода Н.П. Малютина. Состоял производителем у Н.П. Малютина, князя Л.Д. Вяземского и А.Н. Терещенко. Когда Терещенко решил заняться тренировкой своих рысаков, то он согласился с мнением Ситникова, что необходимо купить первоклассного жеребца. Ситникову было приказано подыскать жеребца. Через неделю Александр Николович призвал Ситникова и сказал: «Возьми пять тысяч на задаток и поезжай к Малютину. Там будет аукцион. Постарайся купить Кобзаря». В то время малютинские лошади гремели на всю Россию. Совет купить Кобзаря дал Александру Николовичу Константин Семёнович Терещенко. Но К.С. Терещенко был совершенно бездарным коннозаводчиком, и совет его оказался очень неудачным.

Ситников купил Кобзаря. Ему жеребец понравился, да и вся малютинская обстановка произвела на него большое впечатление, а лошади вызвали подлинный восторг. Когда привели Кобзаря в Шпитки, Терещенко его осмотрел и остался очень доволен. Но будущее готовило заводу пренеприятный сюрприз.

По себе Кобзарь был замечательной лошадью. По типу настоящий малютинский жеребец, высокой породы, классный – словом, настоящая заводская лошадь. Роста он был небольшого, вершков четырех, исключительно пропорционален и гармоничен; масти гнедой, ясной, безо всяких оттенков. Голова у Кобзаря была очень выразительна: с широким лбом, превосходным глазом, точным ганашом, небольшим, строго поставленным ухом. Верх у жеребца был идеальный, ширины очень много, глубины еще больше. Ноги у него были образцовые и очень костистые.