Бежал по улицам, на глаза навертывались слезы, сердце билось, вспоминалось начало войны, миллионы загубленных, хотелось плакать…

Чернывшев, 2 декабря

Чернывшев, 2 декабря

За обедом Братанову принесли газету, в которой прочли будто бы немцы и их союзники просят мира или вернее предполагают начать переговоры о мире, подтверждая тем что они на всех фронтах имеют успех, что силой их сломить не возможно, что война уничтожает все культурное и если четверное согласие (Антанта – прим. авт.) не согласится на мир то они будут продолжать начатое дело до победного конца. Сведение это в высшей степени интересное, чем это оно вызвано, коли немцы имеют на всех фронтах успех зачем предлагать им мир, когда они могли бы дело действительно до конца, затем смущает это сообщение еще тем, что не есть ли это результат тех темных сил о которых так много говорилось в Государственном Совете и в Государственной Думе, времена наступают в высшей степени интересные как-то на это будут реагировать наши Верхняя палата и Дума.

К. Сахарук, 3 декабря

К. Сахарук, 3 декабря

Дай Бог, чтобы предложение Германии приступить к мирным переговорам было принято. Член Госдумы П. Н. Милюков в Англии сказал, что варвары напали на нас. Теперь эти варвары предлагают восстановить нарушенный ими мир, и если Великая Россия отклонит сделанное варварами предложение, то страшно подумать, что та страна, откуда несколько лет тому назад раздавалось слово истины, теперь позабыла его и вступила на варварский путь. Все крестьяне при встрече со мной только и говорят: пошли Ты, Господи, скорей мир, полно проливать невинную кровь.

А. В. Орешников, 3 декабря

А. В. Орешников, 3 декабря

Наши и румынские войска в районе Бузео отступают, в связи с чем отходят войска, занимавшие позицию на реке Яломице. Длинный ряд торговых судов союзных держав и нейтральных потоплен германцами. Русское правительство в лице нового министра иностранных дел Покровского отказало Германии в переговорах о мире, что было сказано вчера в речи Покровского в Государственной Думе.

Р. М. Хин-Гольдовская, 3 декабря

Р. М. Хин-Гольдовская, 3 декабря

Когда я смотрю на бесконечные хвосты, которые с утра до вечера дежурят у всех лавок, мне становится страшно. Согбенные фигуры, мрачные лица, женщины от усталости опускаются на тумбы, дети устраиваются прямо на тротуаре, «счастливые» примащиваются на ступеньках магазина или подъезда. Все разговоры только о дороговизне… Обыкновенные сапоги, которые прежде рабочие и дворники покупали за 18 рублей, теперь стоят 48 рубля. Калоши – 36 рублей. Фунт сливочного масла – 3 рубля 50 копеек. Аршин солдатского сукна 14 рублей. Сажень дров – 40, 50 и 60 рублей. Ропот этих живых людских «хвостов», серыми змеями обвивающих Москву, этот ропот непрерывно шепчущих голосов, который вот-вот перейдет в крик… несет в себе что-то зловещее. Женщина с озлобленным лицом говорит соседке по хвосту: все есть и ничего нет!..