— Не упоминают о подлинном авторе комедий ни Расин, враждовавший с Мольером с 1663 года, ни актеры соперничавших с театром Мольера трупп. А ведь они могли бы открыть правду и упрятать Мольера в Бастилию за мошенничество.
Как насмешливо написал Монгредьен, что касается этих вопросов, «я жду объяснений, прежде чем сочинения Мольера будут опубликованы под именем Корнеля».
Адвокаты и обвинители
Адвокаты и обвинители
На рубеже 1990-х годов проблемой авторства мольеровских пьес заинтересовались два бельгийских адвоката и любителя литературы: Ипполит Вутер (1934) и Кристин де Билль де Гуйе (1940). Они задались вопросом, что должен был знать автор таких пьес, как «Дон Жуан», «Тартюф», «Амфитрион», «Школа жен», «Смешные жеманницы», и мог ли все это знать актер, сын обойщика, Мольер.
Ответ оправдал их ожидания. Мольер не получил в детстве подобающего образования, которое позволило бы ему написать эти пьесы. Он не имел возможности и усвоить нужные знания самостоятельно — там, где он жил, не было хорошей библиотеки, и он не мог прочитать столько книг, сколько требовалось, чтобы написать все «свои» пьесы. Для их сочинения ему не хватало ни эрудиции, ни знания поэтики
У Мольера даже не было времени писать пьесы. Он был слишком занятым человеком. Он был знаменитым актером. Часто ему приходилось по три раза на дню играть главные роли в спектаклях. Он был украшением театра — собственного, заметьте, театра. Он был там и директором и режиссером.
Кроме того, именно на Мольере лежала обязанность подготавливать спектакли для своего главного зрителя — Людовика XIV. Пьесы требовали, разумеется, некоторой переделки и аранжировки, чтобы они были угодны монаршим очам. Об усладе оных и заботился Мольер, берясь за перо и склоняясь над готовым текстом.
Когда ему было подобные пьесы писать? Все его время поглощала текучка, вечная суета — эта клетка, в которую запирают знаменитостей! Как удобно было ему иметь при себе такого талантливого и покладистого «литературного негра», как Корнель.
В XVII веке подобный труд был широко востребован. В театре, например, авторами пьес часто объявлялись знаменитые актеры. Может, так обстояло дело и с Мольером?
Получив от Корнеля очередную рукопись, Мольер лишь по-барски правил ее, приукрашивая (портя, сказали бы мы) отдельные эпизоды своими банальными остротами и мещанскими назиданиями. Что ж, он не мог не вплести в текст пьесы и свою «нить рассуждений» — это было фирменным знаком его пьес.