Н.С. Лебедевой также необходимо было попытаться объяснить причины противоречия данных докладной Берии установленной историками статистике советских репрессий в западных областях Украины и Белоруссии. Этого — еще один штрих к вопросу о научной порядочности — сделано не было. Между тем, обращение к уже давно введенным в научный оборот статистическим данным позволяет, на наш взгляд, решить эту проблему.

Для начала обратимся к приводимым в докладной Берии данным о количестве выселенных из Западной Украины и Западной Белоруссии. В докладной говорится о том, что по состоянию на 1 декабря 1940 г. «выселено в Казахстан и северные области СССР — 275 784 человек, в том числе осадни-ков — 134 463, членов семей репрессированных — 59 787 и беженцев, желающих выехать на территорию Германии, но не принятых германским правительством, — 80 397 человек»[762]. Сравним эти данные со статистикой, выявленной исследователями. В 1939–1940 гг. советскими властями было проведено три операции по массовому выселению из региона: в феврале 1940 г. («осадники»), апреле 1940 г. (члены семей репрессированных) и конце июня — начале июля 1940 г. («спецпереселенцы-беженцы»). Согласно основывающимся на данных конвойных войск НКВД «эшелонным» оценкам историка А.Э. Гурьянова, количество высланных в 1940 г. составляло: «осадников» — около 139 тысяч человек, членов семей репрессированных — более 56 тысяч человек + 2 эшелона неустановленной численности, «спецпреселенцев-беженцев» — 75 тысяч человек[763]. Н.Л. Поболь и П.М. Полян приводят отчетные документы НКВД, в которых содержатся схожие цифры: выселенных «осадников» — 139 167 человек[764], членов семей репрессированных — 59 444 человек[765], «спецпереселенцев-беженцев» — 90 511 человек[766]. Как видим, принципиальных различий между данными, содержащимися в докладной Берии, документах конвойных войск (А.Э Гурьянов) и отчетных документах НКВД (Н.Л. Поболь, П.М. Полян), нет. Все эти данные хорошо согласуются между собой; разброс в цифрах лежит в пределах объяснимого.

Таким образом, единственное противоречие данных докладной Берии остальным документам — информация об аресте «до 407 000 человек». На наш взгляд, это объясняется небрежностью при составлении докладной. Дело в том, что в отчетной статистике органов НКВД имелось пять граф «движения следственных арестованных и привлеченных без ареста»: «всего прибыло», «вновь арестовано», «привлечено без ареста», «прибыло из других органов», «прибыло на доследование». Данные о числе арестованных отображались в графе «вновь арестовано»[767]. Обобщив данные за 1939–1940 гг., опубликованные О.А. Горлановым и А.Б. Рогинским, мы видим, что за этот период общее движение «следственных арестованных» органами НКВД западных областей Украины и Белоруссии составило 115 638 человек, в том числе вновь арестованных — 94 830 человек[768]. На наш взгляд, 407 тысяч арестованных в докладной Берии появились в результате сложения сотрудниками секретариата Берии данных графы «всего прибыло» по органам НКВД Западной Украины и Западной Белоруссии (напомним, что эта графа была первой, на которую падал взгляд) с данными о количестве выселенных. Иными словами, интересующий нас абзац докладной должен читаться следующим образом: «было арестовано до 407 000 человек (в том числе перебежчиков 39 411 человек) и [в том числе] выселено в Казахстан и северные области СССР — 275 784 человек». Следует отметить, что подобная путанность изложения свойственна и ряду других документов конца 1940 г. за подписью Берии. В качестве примера можно привести уже упоминавшуюся докладную записку Берии от 2 ноября 1940 г., первые несколько абзацев которой нельзя понять без привлечения дополнительных документов[769]. По всей видимости, подобные случаи связаны либо с низким уровнем квалификации сотрудников, готовивших докладные, либо с большой спешкой при подготовке этих документов.