В. И. Аристовой под руководством профессора Ю. В. Баймакова, удалось наладить изготовление пирофорных сплавов с помощью доступного заменителя церия – кальция[326]. Полученный в лаборатории электрометаллургии Политехнического института оригинальным путем сплав калия с натрием с успехом применялся в качестве запала для зажигательных противотанковых бутылок. В 1942 г. в лаборатории было получено 52 кг этого ценного сплава[327].

Над изысканием новых заменителей для снаряжения боеприпасов много потрудились работники Института прикладной химии М. В. Грачев, И.Ю.Кескюла, В.Л.Ляшенко, награжденные командованием Ленинградского фронта за успехи в области производства боеприпасов.

Разумеется, Продовольственная комиссия действовала в рамках установленного лимита на выдачу рабочих карточек, талонов на льготное и дополнительное питание. Поэтому ей приходилось отказывать в таких просьбах не только сотрудникам музеев и архивов, но и лаборантам и санитаркам медицинских учреждений Ленгорсовета, работникам районных отделений записи актов гражданского состояния райисполкомов и даже работникам районных отделений и участковых бюро Управления по учету и выдаче продовольственных карточек[328]. Надежда получить дополнительное питание согревала многих ленинградцев, о чем можно судить и по их блокадным дневникам. Востоковед А. Н. Болдырев, подрабатывавший в Публичной библиотеке, отмечает 10 октября 1942 г. в своем дневнике, что по полученным от начальства сведениям из 54 кандидатов на дополнительный паек прошло только 5–6 человек: «на этот месяц меня среди них нет…»[329].

Продовольственная политика Смольного, как уже упоминалось, в условиях ограниченных продовольственных ресурсов, была направлена в первую очередь на поддержку тех социальных и профессиональных групп населения, от которых зависела судьба обороны города. Одной из наиболее важных таких групп были руководящие работники заводов, фабрик и приравненных к ним оборонных учреждений. С ростом числа действующих промышленных предприятий увеличивались и численность, и влияние этой группы. Постановлением Продовольственной комиссии от 3 ноября 1942 г. было разрешено выдать руководящим работникам промышленности города-фронта особые «столовые карточки» в количестве 152 штук[330].

Хотя с сентября 1942 г. в сеть Ленэнерго стала поступать электроэнергия с Волховской ГЭС, позволившая увеличить число действующих предприятий, этой мощности было еще недостаточно, чтобы удовлетворить потребности оборонной промышленности. В октябре 1942 г. почти все заводы, выполнявшие заказы Военного Совета Ленинградского фронта по достройке и ремонту судов, а также по производству тралов, имели перебои в подаче электроэнергии. Артель «Культпром», поставлявшая Институту прикладной химии стеклянные детали для производства судовых приборов, была отключена от энергии, попав в число временно выпавших из лимита[331]. Наряду с выполнением фронтовых заказов ленинградская промышленность приступила к выпуску продукции для населения города. В октябре 1942 г. ситценабивная фабрика имени В. Слуцкой выпустила первую тысячу метров набивной ткани[332]. В октябре 1942 г. проходили выпускные экзамены в ремесленных училищах города. В ленинградскую промышленность пришло более тысячи молодых токарей, фрезеровщиков, слесарей, электромонтеров, столяров. Все они, несмотря на тяжелые условия, закончили двухгодичную программу обучения, а многие из них, еще не получив рабочего разряда, работали на заводах рядом со взрослыми[333].