В декабре 1942 г. в Большом зале Ленинградской филармонии продолжались концерты симфонического оркестра под управлением К. И. Элиасберга с участием скрипачки Г. Бариновой из Москвы[461]. Там же проходили и концерты мастеров Ленинградской эстрады, в которых выступали Г. В. Богданова, Б. М. Вронская, Р. И. Гербек, А. С. Егорова, Н. В. Пельцер и др. В Городском театре, работавшем в помещении Ленинградского театра комедии, с большим успехом проходили пьесы «Русские люди» К. Симонова, «Фронт» А. Корнейчука[462]. 13 декабря, в воскресенье, состоялся так называемый правительственный концерт в Смольном, в котором приняли участие известные певцы А. Атлантов, И. Нечаев, Г. Скопа-Радионова. Исполнялись фрагменты из опер «Иван Сусанин», «Евгений Онегин». Симфонический оркестр под управлением К. И. Элиасберга исполнил торжественную увертюру «1812 год» П. И. Чайковского[463].
6 декабря 1942 г. состоялось первое после полуторагодового перерыва заседание Всесоюзного театрального общества. Оно проходило на квартире его временного председателя правления, народной артистки СССР В. А. Мичуриной-Самойловой. Его участники – А. Д. Бениаминов, И. А. Нечаев, Е. П. Студенцов, Л. В. Шапорина, Н.Я.Янет и др. – обсуждали насущные вопросы театральной жизни города-фронта[464].
22 декабря 1942 г. Указом Президиума Верховного Совета СССР были учреждены медали «За оборону Ленинграда», «За оборону Одессы», «За оборону Севастополя» и «За оборону Сталинграда». Согласно положению ими награждались «все участники героической обороны Ленинграда, Одессы, Севастополя и Сталинграда», в том числе «лица из гражданского населения, принимавшие непосредственное участие в обороне».
Ленинградцам еще предстояло узнать об этой радостной новости, как и о предстоящем в скором времени наступлении, в ходе которого будет прервана многодневная блокада города. А пока они работали на эту победу, жили ее предчувствием и слухами о ней. «Никто нам ничего утешительного не сообщал, все планы предстоящего наступления были секретны, – вспоминал радиожурналист Л.Е.Маграчев. – Об этом не писалось в газетах, а по радио на эту тему и заикнуться было нельзя. Но вот удивительно – оглядываясь сейчас на прошлое, восстанавливая в памяти декабрь 1942 года, отчетливо вспоминаешь: да, город был туманен, хмур, мрачен, да, угнетали усилившиеся опять обстрелы, но что-то такое происходило (что никто не мог объяснить), предчувствовались какие-то события, необыкновенные изменения к лучшему…»[465].
Выступая в канун нового, 1943 года по ленинградскому радио, Ольга Берггольц в предчувствии грядущей победы сказала: «Мы победили их, победили морально – мы, осажденные ими! Потому и подходим мы к встрече сорок третьего года более сильными, чем в прошлом году. А радостные вести об ударах, которые наносит наша славная армия немецким захватчикам, гоня их от Сталинграда, наполняют сердца счастьем, и легче становится переносить нам наши трудности, и легче работается, и так хочется самому, физически, своими руками помочь далеким от нас армиям вернуть многострадальной нашей родине мир и покой»[466].