– Вы что это, милейший, так встали? – усаживаясь, иронично осведомился герцог. – Решили таким образом нам с супругой продемонстрировать своё почтение?

– Ваша Светлость, в этом святом месте на меня озарение нашло, что не должно себя веду и должен Богу продемонстрировать своё раскаяние и покорность. Просить вас хотел, может, позволите вашей супруге мою покорность испытать, мне то очень необходимо для совершенствования души, – тихо проговорил шут, склоняясь ещё ниже к ногам герцога.

– Да, бывает. Озарение во дворце инквизиции вещь обычная, – согласно кивнул герцог. – Мне лишь непонятно, при чём тут моя супруга, милейший?

– Ваша Светлость, ваша супруга – ангел во плоти, а я смел о ней непочтительно мыслить и должен за то справедливую кару принять. Позвольте ей по делам моим воздать, покорно приму любое её наказание, какое изволит мне назначить.

– Милейший, вы никак с Его Святейшеством шутки про неё шутить вздумали? И он такое вам наказание назначил? – с усмешкой поинтересовался герцог, уже давно смекнувший, что Миранда не теряла времени даром и сумела с помощью главного инквизитора хорошо приструнить шута.

– Да, мне было объяснено, что шутки о вашей супруге неуместны и совершенствованию моей души помеха большая, я осознал, раскаиваюсь и нижайше прошу разрешить мне прислуживать вашей супруге, чтобы делом мою оплошность исправить и в полной мере искупить сей грех.

– Да, Его Святейшество плохо переносит шутки о моей супруге, поскольку она его воспитанница. Что ж, коль её соизволение на то будет, попытайтесь реабилитироваться, я не стану препятствовать, – милостиво позволил ему герцог, помогая Миранде удобнее сесть. – Вы как, моя дорогая, готовы предоставить ему такую возможность?

– Я вынуждена ему её предоставить, милорд, поскольку это наказ Его Святейшества, – холодно отчеканила она в ответ.

– Значит, это благое дело, моя дорогая. Не нам спорить с Его Святейшеством, так что исполняйте его волю и не ропщите.

Когда карета уже подъезжала к замку, Миранда, всю дорогу не проронившая ни слова, повернулась к шуту и неприязненно осведомилась:

– Вы ведь слышали, милейший, какие рекомендации мне дал Его Святейшество?

– Да, миледи. Покорно приму любое назначенное вами наказание, – стоящий на коленях шут склонил голову.

– Ваша покорность меня радует, – с усмешкой продолжила она. – И поскольку я не люблю прибегать к таким методам, считая их крайними, то, подобно Его Святейшеству, я отсрочу наказание и посмотрю на ваше поведение. Если вы сумеете доказать мне, что всё осознали и без него, у вас появится шанс избежать подобной участи. Ну а если нет, то наказаны вы будете, и, поверьте мне, наказание назначу такое, что не раз раскаетесь в собственном неусердии.