Внутренне непроизвольно напрягся, но, несмотря на гнев хозяйки, не смог прерваться, поскольку прямого приказа остановить действо не было.

– Тихо, тихо, моя дорогая, – тем временем послышался в ответ негромкий голос хозяина, – не кипятись и не отвлекай мальчика. Ты и так очень долго держала его на голодном пайке. Дай наконец возможность утолить голод. Не мешай насладиться процессом в полной мере.

– Зачем?! Вот зачем, Ал?! – в голосе хозяйки послышались слёзы.

– Успокойся и чуть-чуть подожди, моя хорошая. Сейчас всё поймёшь, имей терпение.

– Почему тебе обязательно надо ломать чужие жизни?

– Ничего я не ломаю, а, напротив, стремлюсь дать возможность полноценно жить и ему, и тебе. У тебя извращённое восприятие из-за предвзятого ко мне отношения. Взгляни на ситуацию беспристрастно, и поймёшь, что я действую исключительно в твоих, а соответственно и его интересах.

– Какой мой интерес? Нет у меня никаких интересов!

– Потерпи немного, и будут, моя радость. Обязательно будут.

Голоса стихли, и Ларсен, полностью отдавшись внутренним инстинктам, погрузился в процесс пожирания жертвы.

Когда от козы остались лишь жалкие останки, и всё тело наполнилось пьянящим ощущением умиротворения и благодати, он услышал громкий и требовательный приказ хозяина:

– Иди сюда! Быстро! И на колени встань!

Оторвавшись от окровавленного скелета козы с остатками плоти и шкуры, Ларсен отряхнулся и быстро подошёл к стоявшему неподалёку от него графу.

Тот сжимал в крепких объятиях сестру и как только Ларсен приблизился к ним и опустился перед ними на колени, требовательным тоном проговорил:

– Мира, чуть наклонись и обхвати ладонями его голову!

– Я не понимаю, Ал, что за бред, зачем тебе это нужно, что ты задумал? – возразила она, пытаясь брезгливо отстраниться от его перепачканного кровью тела.

– Делай, что говорю! – рявкнул тот таким тоном, что Ларсен непроизвольно сжался.

– И не подумаю, – хозяйка дернулась в объятиях брата, стараясь высвободиться.

– Мирочка, не зли меня, если не сделаешь, я сейчас его наизнанку перед тобой выверну! Ты ведь знаешь, на что я способен, поэтому не нарывайся, по-хорошему тебя прошу, – сбавил тон хозяин, но в нём слышалась такая угроза, что по спине Ларсена пробежал непроизвольный озноб.

– На! Подавись ты уже этой своей властью надо мной! Сделала. Что ещё хочешь? – на голову Ларсена легли руки хозяйки, и её ладони плотно прижались к вискам.