— Нет, Ваше Высочество, — признался Никита. — Никаких изменений. Назад пятиться не буду.

— Угу, хорошо. И еще: я надеюсь, что твоя добропорядочность не даст совершиться глупости.

Никита густо побагровел. Он понял, какой намек вложил в свои слова Меньшиков, сам в это время пристально глядящий на волхва. Казалось, его глаза так и хотели пробуравить черепную коробку юноши и увидеть настоящие мысли, которые могли содержать в себе много интересных вещей. Никита отрицательно покачал головой и добавил:

— Можете на меня положиться.

— Это хорошо, — вздохнул Меньшиков и пристукнул ладонями по столу так, что стакан с коньяком подпрыгнул и выплеснул жидкость на суконную поверхность. Звякнул сам по себе старинный серебряный колокольчик, стоящий на подставке как элемент декора. Им уже давно не вызывали прислугу. — Я хотел бы верить в твою сдержанность и дальше, но излишняя эмоциональность Тамары, которая сама на себя не похожа в последнее время, заставляет меня насторожиться. Мы — публичные люди, Никита, за нами сотни глаз смотрят. Поэтому хочу предупредить тебя о крайней осторожности в ваших отношениях! Ты меня понимаешь?

— Конечно, я все понимаю, Ваше высочество, и даю слово дворянина, что между мной и Тамарой не было никаких компрометирующих ситуаций, — кивнул Никита.

— Я рад, что ты проявляешь сдержанность, — довольно проговорил Меньшиков, откидываясь на кресле. — Не ошибся в тебе.

— Вы меня проверяли? — спокойно поинтересовался Никита.

— Конечно, не без этого. Надо же удостовериться в твоей лояльности. Только вот гложет меня сомнение. Ты хочешь жениться на Тамаре ради нее самой или принести пользую клану Меньшиковых? Если преобладает первое желание — мы расстанемся. Мне не нужен в зятьях поместный дворянин без лояльности. Есть партии лучше.

— Не жаль вам свою дочь? — сжав зубы, спросил Никита. Признаться, он был удивлен переменой приоритетов Меньшикова.

— Жаль, — признался Великий князь. — Но мне важна твоя позиция. Что ты скажешь? Готов в одной упряжке с нами идти?

— То есть, Назаровы должны принять вассалитет императорского клана?

— Именно это я хочу от тебя услышать.

— Ваше высочество, вы ставите меня в трудное положение, — Никита понял, что сейчас перед ним появился хищник, подловивший его на узкой горной тропе. Шаг влево — жуткая пропасть, шаг вправо — непреодолимая гранитная стена. А за спиной нет надежного союзника, который мог подсказать нужный ход. — Я не могу решать такие вопросы без Патриарха рода. Вы прекрасно об этом знаете.

— Никита, твой прадед уже не может влиять на твои решения, — отпил из стакана Меньшиков. — А скоро вообще ты останешься один. Двоюродные родственники не в счет, потому что мнение людей, отколовшихся в свое время от рода, Патриарха не интересует. Ты — хозяин всего наследия.