Это была их земля. Это был их дом. Место, где они были счастливы находиться.

Молодой и сильный ястреб камнем упал вниз, едва коснулся земли, расправил крылья и снова воспарил вверх. В его когтях была добыча. Он оставил на земле перо, бело-чёрное и красивое. Человек с красно-белыми чернилами на лице проводил ястреба взглядом, подобрал его перо и показал своей женщине, гладившей уже заметный живот. Женщина улыбнулась ему и вставила перо себе в волосы.

Спустя поколение, ребёнок женщины потерял это перо в бескрайней равнине, по пути от реки. Молодой охотник из другого племени, племени людей-волков, нашёл перо в капельках крови, оставленных оленем, который должен был стать его добычей.

И вслед за оленем он нашёл хозяйку пера, искавшую его в траве. В тот момент, когда он увидел её, светлячок внутри него разгорелся словно уголёк, на который дул ветер. Он замер, боясь спугнуть её, словно это она была оленем, за которым он шёл уже долго и которого не мог отпустить. Он выронил ружьё, показал ей руки с раскрытыми пальцами ладонями вверх, улыбнулся, отдал перо и так и остался в долине.

На земле, которая стала его домом. Он покидал этот дом лишь дважды. Когда его почти насильно забрали кормить Колесо, и когда Колесо забрало у него Лилуай и долина перестала быть для него домом.

Вот что значило имя светлячка.

Колесо причинило старику боль. Колесо показало ему теплоту и лишило её. Старик снова хотел оказаться в долине, что была его домом. В долине, где была Лилуай. А если это невозможно, старик хотел, чтобы не было ничего.

Он не звал хозяев Колеса. Он знал, что они слепы и глухи к его молитвам. Он знал, что он лишь корм для них. Но теперь, глядя на то, что было в теле Дэвана, он испытывал «надежду».

Светлячки слетались на него, словно на раскалённую спираль лампочки, ослеплённые светом, они хотели стать его частью, не зная, что могут сгореть. Так светлячки пытались стать сильнее. Сильнее, чем Колесо. Их желания схожи, их траектории пересекаются, ему нужно их тепло, им — его. Все они хотят уйти отсюда и оказаться в своёй долине.

Так же как и он, они заперты в тюрьме и страдают. И он чувствует к ним то, что они называют «состраданием». Он может вывести их отсюда. Если сам найдёт выход.

— Сколько раз ты рождался тут? — спросило тело Дэвана, пытаясь разобраться в потоке видений и чувств.

— Я не знаю, — тихо ответил старик.

— Сколько раз… ты умер тут?..

— Я не знаю.

— Много… как жёстоко… столько боли… так холодно… Тот, кто сделал нас… Тебя, меня, их… зачем он поступил так?.. почему оставил нас в темноте?