Я вскрикнула. Бросилась в атаку – ничего глупее придумать я не могла.

Я бежала прямо на Роба. А потом земля вдруг пошатнулась, я оказалась сидящей. Земля уползала из-под меня, кренилась… Что, что случилось?

Меня ударили в лицо. Всего-то делов.

Я отползла к столбу, начала подниматься. Мне казалось, что в этот раз я добавила в виски слишком много молока.

Боже, что со мной?

Но я продолжала все видеть, хотя и не могла участвовать.

Из левого плеча Роба торчала длинная игла. Он поморщился, ухватился за нее правой рукой. Ладонь скользила от крови. Роб осмотрел плечо. Достал револьвер, курком зажал иглу. Выдохнул. Рывком выдернул – брызнула тонкая струйка крови – и отбросил иглу в сторону, она звякнула где-то там, в темноте коровника.

– Никогда не пытайся пробить шкуру буйвола иголкой, – сказал Роб мягко. – Ее даже ножом не возьмешь. Слышишь, малыш?

Джек встал.

Джек побежал на него еще раз. Он усвоил урок. В этот раз в руке у него были деревянные вилы. Роб приготовился, пригнулся…

Выстрел. Пороховой дым.

Джек на полпути споткнулся, выронил вилы. Мотнул головой – и упал. Забился на полу, среди соломы и засохшего навоза. Кровь текла, впитывалась в земляной пол. Джек поднял белое лицо, снова упал.

Стрелял бледный человек. После выстрела он убрал револьвер в кобуру, шагнул вперед. Роб встал у него на пути.

– Дай мне его, – сказал бледный и облизнул губы. – Дай мне мальчишку, Роб.

Роб покачал головой. Направил револьвер на Джека и выстрелил. Два раза подряд.

Клубы дыма заполнили конюшню, поплыли как облака в небе, как утренний туман. Резко запахло кровью и железом. Несколько секунд тело Джека еще дергалось, а потом затихло.

Бледный подался вперед, зарычал.

Роб посмотрел на него – неподвижным взглядом.

– И только попробуй тронь труп, Хэммет. Ты меня понял?

Бледный оскалился. Отступил назад, развел руками. Мол, как скажешь.